Пип на моей макушке передёрнулся от отвращения.
— Я бы никогда не стал есть мёртвое насекомое. Мерзость!
Мы с мамой сжали губы, чтобы не рассмеяться. Пришлось прислушаться изо всех сил, чтобы разобрать папины слова за возгласом Пипа:
— Мы с Плопом будем на кухне. Вы трое… в смыслечетверо … присоединитесь?
Мама прочистила горло:
— Дай-ка мы сперва здесь уберёмся. А потом придём к тебе.
Папа кивнул и вышел, осторожно неся перед собой пустую пригоршню.
Мама повернулась к Пипу, который спрыгнул на её стол и теперь стоял там, скрестив лапки на груди.
— Уф, — вздохнула лягушка. — Я уж думал, он никогда не уйдёт. И — серьёзно,Плоп ? Что это за имя такое?
— Я очень рада тебя видеть, Пип. — Мама осторожно чмокнула его в макушку.
— И я рад, — ответил Пип. — Но нам нужно приниматься за дело.
Мама сдвинула брови:
— Я надеялась, ты просто зашёл в гости. В лесу что-то не так?
Пип принялся размахивать лапками:
— Всё дело в речных коньках. У них вся кожа и чешуйки в красных точках. Им трудно дышать, и у них болят глаза. Они не могут найти еду. А Зои говорит, что ручейзагрязнён ?
Мама прижала ладонь ко рту:
— Конечно, другие существа в ручье наверняка пострадали, и волшебные тоже. Бедные речные коньки!
При виде мамы, такой расстроенной, у меня слегка заныло в животе. Что же нам делать?
Глава 6 Речные коньки
Мы с мамой поспешили перекусить тем, что приготовили папа и «Плоп». Пип сидел у меня на голове. И постоянно вертелся, что очень отвлекало.
— Думаю, мы с Зои снова пойдём к ручью, — сказала мама. — Я бы хотела попробовать найти источник загрязнения.
— Конечно, — сказал папа. — Я пойду с вами. Три пары глаз лучше, чем две, верно?
Мы с мамой обменялись встревоженными взглядами. Пип хотел отвести нас к речным конькам, чтобы мы могли с ними поговорить. Как нам это сделать при папе? Будет выглядеть так, словно мы опять болтаем с воздухом. После последней нашей беседы с Пипом для папы это может оказаться чересчур.
Мамины глаза загорелись:
— Было бы здорово! Давай мы с тобой пойдём вверх по течению, а Зои — вниз. И встретимся на середине?
С маминым планом все согласились, и мы оказались у ручья. Только, в отличие от моих прошлых прогулок сюда, в этот раз у меня на макушке сидела, закинув ногу на ногу, лягушка.
У ручья тропинка заканчивалась, и я остановилась, чтобы снять обувь с носками и закатать штаны. Родители пошли вверх по течению.
— Речные коньки живут вон там. — Пип нервно заёрзал: — Идём!
Я сняла его с головы.
— Эй! — недовольно надулась лягушка.
— Я не вижу, куда ты показываешь, — прошептала я. — Вот, сиди лучше на моём плече.