Я ощущал сотни… нет, тысячи оборванных нитей.

Нужно было серьезно подумать.

***

После Библиотеки мне пришлось повторить маневр с автобусами, так что вторую «встречу» я отложил и поехал обратно в гостиницу. Там проспал остаток ночи, а утром уже вместе совсем поехал на тренировку.

— Так, и чего это мы зеваем? — еще на завтраке подловила меня Софи.

— Оливер храпит, — пожаловался я. — Невозможно уснуть.

Софи тут же повернулась к белобрысому, сидевшему рядом:

— Это правда?

— Нет, — ответил он, не отвлекаясь от своего омлета.

Софи требовательно посмотрела на меня.

— Кто ж в таком признается, — пожал плечами я.

— Но тогда получается, что кто-то из вас врет, — «приперла нас к стенке» сестра. — Это очевидно.

— Не я, — снова коротко ответил Оливер.

— И не я, — добавил я.

— Но…

В общем, Софи так и не сообразила, как с этим справиться, чем я и воспользовался, напомнив, что пора уже идти.

***

Спортивный центр Феллер произвел впечатление на всех нас. Десятки залов, полосы препятствия, бассейны, даже крытый стадион на несколько тысяч мест. И если от Хилтона до спортцентра мы и правда дошли пешком всего за несколько минут, то уже на территории комплекса бродили почти полчаса, прежде чем добрались наконец до нужного нам зала. Не потому, что он был на отшибе, а просто мы дорогу неправильно выбрали.

— Здесь не только немцы? — спросил Дюмприс Манна, как раз пока мы шли. — Это же русские были?

Мимо нас и правда проходили группы молодежи, что называется, «всех цветов и расцветок». Вопрос парень задал, когда мимо проскочила стайка белокурых девчонок. Кстати, сплошь стихийниц, и первых рангов среди них не было.

— Имперки, — ответила Софи, бросив им взгляд вслед. — Тут же Русские Ряды впритык.

— В Промышленном Совете тоже русские кланы есть, — заметил Манн. — Но вообще, да. Этот центр — один из лучших в городе. Здесь много кто занимается. Даже Академия Управления часть соревнований по Стихии тут проводит.

В итоге мы все-таки добрались до зала, который, кстати, оказался четвертого уровня — на уровень выше, чем тот, что был установлен у Манна в Праджисе. Для меня это представляло отдельный интерес, так что минут на пять я залип, разглядывая стихийные потоки. С первого раза мало, что понял, но все равно было интересно.

— Наше время с девяти до одиннадцати каждый день, — сообщил нам Манн перед началом занятия. — Предлагаю использовать его максимально.

Раздав всем задания, Манн передал народ Рамине, а сам подошел ко мне.

— Уверен, что не будешь участвовать? — спросил он. — У Нойеров серьезные есть ребята.

По голосу я понял, что ребята не просто серьезные, а более чем. Вот же… С одной стороны, моя основная задача — конкурс, а также баланс между яркостью участия и количеством проблем, которые эта яркость вызовет. С другой — для Манна эта товарищеская встреча была не менее важна. Тоже не хотелось его подводить…