— М-да, совет в самом деле неоднозначный, — здоровяк переглянулся с химиком, — И при всей его абсурдности в вашем совете есть здравое зерно.

— Накамура может показаться чудовищем, но когда он узнает, что расправился с невиновными, будет чувствовать за собой если не вину, то бремя обязательства перед мальчиком.

— Чтобы завершить сделку, у Акихиро должен появиться опекун, который сможет вести дела от его имени, — раздумчиво сказал химик, — И я сразу предупреждаю, даже если Шода согласится завершить слияние с Техиро, Накамура этим опекуном не с-станет. Мы не позволим оформить опекунство на человека, убившего родителей подопечного.

— Понимаю, — Нагата кивнула, — Это решать вам. Наверняка у вас есть кто-то на примете.

— Увы. На примете нет никого, — здоровяк усмехнулся, — Когда мы попали в беду, никто не пришёл нам на помощь. Все бывшие друзья отвернулись.

— Так в чем проблема? — влез я в разговор, — Ближе вас двоих у Акихиро никого нет. Пусть опекуном станет один из вас.

— Екай не может стать опекуном своего будущего хозяина, — объяснил химик, — Но в любом случае, ни о каком слиянии не будет и речи, пока не будет найден настоящий убийца.

— А что помешает? — спросил я.

— Помешает то обстоятельство, что пока его не нашли, мы остаемся в списке подозреваемых. Собственно и сам Накамура может закачаться. Его репутация сейчас под ударом, — добавил здоровяк, — Если вы хотите, чтобы Шода встал под зонтик Техиро, мы должны быть твердо убеждены, что этот зонтик не унесет ветром.

— Справедливое требование, — согласился я, — А у вас часом нет каких-то соображений? Кто мог стоять за убийцей? Иные корпорации проявляли интерес к вашему бизнесу?

— Этого мы не можем сказать, — ответил химик, — Мы всего лишь екаи, мы просто слуги. Глава Шода нас не посвящал.

— Жаль. Но по крайней мере мы отработали еще одну версию, — сказал я, — Полагаю, нам больше ни к чему отнимать ваше время. Спасибо за ваши правдивые ответы. И мои наилучшие пожелания Акихиро.

Когда я назвал мальчика по имени, тот неожиданно отнял взгляд от рисунка и посмотрел на меня. Затем поднялся из-за стола, взял в руки рисунок, подошел и отдал его мне.

На обрывке темной оберточной бумаги детской рукой был изображён дом, перед домом мужчина в очках, женщина и мальчик лет десяти, который держал женщину за руку. Обычно именно так дети и рисуют семью. Но в этом рисунке была вторая часть, резко контрастирующая с первой. Как будто у мальчишки закончились цветные карандаши, и он дорисовывал двумя цветами: черным и белым.

Возле черной машины с характерным значком Мерседеса стоял человек в черном костюме с черным портфелем в руке. Видимо еще один мэн-ин-блэк на службе у корпорации Техиро. Возле автомобиля был нарисован какой-то куст, а за кустом стоял зверь белого цвета, собака или волк.