Вернув линзу обратно, я отыскал сделанную каллиграфическим почерком пометку напротив ее гнезда и разобрал выведенное выцветшими чернилами: «7 ft».

Семь футов? От убийцы меня отделяло примерно два метра; я проверил другие линзы из крайнего ряда и обнаружил, что все они давали возможность фокусировать зрение на предметах, удаленных от наблюдателя на какие-то определенные расстояния.

Большинство стекол в других рядах было цветными. Все краски через них казались приглушенными, а зачастую пропадали вовсе, превращая мир в черно-белое кино. Предназначение странных линз оставалось для меня загадкой, пока я не посмотрел через оранжевый окуляр на дальнюю стену и не осознал, что четко, до мельчайших деталей различаю в темноте подвала прямоугольники кирпичей.

Светофильтры⁈

Я продолжил эксперименты и вскоре убедился в верности этого предположения. Более того — комбинации стекол позволяли получать совершенно удивительные результаты!

И все встало на свои места. Мне стало ясно, чем объяснялась та невероятная точность, с которой Линч всадил две пули в мой висевший на вешалке реглан. Прежде чем зайти в бар, он вставил в окуляры каучуковой маски подходящий светофильтр!

Одни линзы придавали зрению убийцы необычайную остроту, другие позволяли видеть через дымовую завесу, третьи — не упускать из виду жертву; требовалось лишь заранее вызнать, какой расцветки одежду та предпочитает.

В баре я снял реглан, и это спасло мне жизнь. Мой синий костюм попросту слился с окружающими предметами, поскольку в тот раз светофильтры убийцы выделяли черную кожу реглана.

Вытерев слезящиеся глаза, я задумчиво постучал линзой о железный уголок чемодана и заметил, как Шон Линч скрипнул зубами, словно это легонькое позвякивание причинило ему невероятные страдания.

Или так оно и было?

— Непросто, наверное, было собрать столь обширную коллекцию? — усмехнулся я. — В наши дни толкового алхимика днем с огнем не сыщешь.

Убийца промолчал, но на его скулах так и заходили желваки.

Я метнул линзу в стенку, и она разлетелась на несколько частей.

По щеке стрелка скатилась крупная капля.

— Полагаю, есть особо ценные экземпляры? — подначил я его. — Вот этот оранжевый, насколько он тебе дорог?

Ирландец промолчал, тогда я зажал стеклышко в пальцах и переломил надвое. Одна из половинок расслоилась, но плотные брезентовые перчатки уберегли кожу от порезов.

— Хватит! — не выдержал Шон Линч.

Я оставил в покое чемодан с линзами, взял со стола кружку с остывшим кофе, сделал длинный глоток и потребовал:

— Рассказывай!

Мне удалось подобрать ключ к убийце, и мы оба это знали, но он лишь криво улыбнулся.