— А ты? — Парировал он. — Давай уже, говори, что делать, пока я не передумал.

— Просто вытряхни мешок в корыто. Дальше я сама справлюсь.

— Я могу и с мытьём помочь. — Предложил Степан, переваливая мешок через край. — Мне несложно.

— Демьян говорит, что к доспехам, кроме меня, лучше никого не подпускать. Так что мыть придётся мне одной. Стёпа, ты покарауль пока. Я переодеться сбегаю. — Попросила девушка, поняв, что одета в не совсем подходящую одежду.

— Хорошо. Но не думаю, что кто-то к этому корыту по доброй воле сунется. — Улыбнулся парень.

Вопреки ожиданию доспехи оказались довольно чистыми. Лишь в укромных местах забилась грязь, и именно она давала основную вонь. Катя всё равно мыла их очень тщательно. Она хотела избавиться даже от воспоминаний о вони.

Доспех хоть и выглядел как золотой, но на самом деле был намного легче стали. Звук, при ударе по нему, получался глухой и никак не походил на металлический. Вместе с тем, доспех был необычайно твёрдым. Катя не смогла его поцарапать, хотя перепробовала все камни вокруг. Только алмазом ещё не пробовала, потому как не носила настолько дорогих украшений.

Степан остался. Хотя Катя несколько раз предлагала ему уйти. К доспехам она не позволяла прикасаться, но, когда возникала надобность подлить воды или принести чистую простыню, чтобы на ней разложить отмытые элементы доспеха, его помощь оказывалась кстати.

В какой-то момент Катя поняла, что отмыла всё, кроме шлема. Он был самым тяжёлым из всех частей доспеха. Даже нагрудник, выглядевший массивным, оказался легче.

Со шлемом она провозилась дольше всего. Тщательно отмывала внутреннюю часть, но больше усилий потребовало мытьё узоров и фигур, вырезанных на внешней стороне шлема. По совету Степана она взяла зубную щётку и с её помощью удалила все загрязнения, забившиеся в мелкие канавки.

Прополоскав шлем в проточной воде, Катя замерла с ним в руках, словно раздумывая, что делать дальше.

— Хочешь примерить? — Спросил Степан, догадавшись о её намерениях.

— Очень. — Призналась девушка. — Ты последи за мной. Мало ли что произойдёт.

Не дав парню возразить, Катя одним движением надела шлем на голову. Секунду назад он был ей явно велик, но потом мягко обхватил голову. Шлем уменьшился в размерах и одновременно стал невесомым. Словно на голове у Кати находился ночной чепчик, чуть давящий на волосы.

А потом пришло головокружение. Катя покачнулась. Степан мгновенно оказался рядом, подхватив её под локоть.

— Катя? — Встревоженно спросил он. — Ты как?

Но она его не слышала. Мир поплыл перед глазами. В голове появился едва слышный гул. И в этом гуле вдруг проступили чёткие образы.