— Отлично! — я плюхнулся на стул, сцапал ближайший блинчик и повернулся к шпионам. — И что сказало начальство? Да не смотрите так, мысли читать я не умею, но это логичный ход, связаться с руководством и по пути захватить завтрак. Так что они сказали? Будет мне миллион или всё же поступим по-плохому?
Глава 11
Глава 11
Значит, всё же химия. Я меланхолично дожёвывал завтрак, чувствуя, как затихает ощущение внутренней энергии в теле. Или точнее алхимия, если брать во внимание воздействие на энергетику. Интересно, как мне первую дозу подсунули. Вряд ли за ужином, я бы почувствовал, значит распылили в комнате пока я спал. А сами чего? Были в противогазах или же приняли антидот? Вопрос не праздный, потому что мне нужно думать, что делать дальше.
— Как кофе? — с почти незаметной усмешкой поинтересовался Густав, умело спрятав её за искренним интересом. — Надеюсь смогли угодить.
— Да уж никакого сравнения с американской бурдой, — я демонстративно причмокнул, про себя отметив, что химию мне добавили именно в него, причём я не заметил никакого изменения вкуса. Высококачественная дрянь, самое то для шпионов. — Так что там с моим миллионом?
— Дела так быстро не делаются, — покачал головой немецкий американец. — Сам понимаешь, цифра не маленькая. И тебе было бы проще торговаться, если бы ты пошёл нам на встречу.
— Это каким образом? — я изобразил интерес, параллельно цепляя пропадающее ощущение энергии и начиная гонять его по кругу, словно при парном развитии, — Погоди не отвечай! Ты сейчас предложишь выступить по телевидению. Осудить Советский Союз, обвинить его во всех смертных грехах, назвать тюрьмой народов, авторитарным обществом, где половина сидит в застенках жуткого ГУЛАГа, а другая половина их охраняет. Потом они меняются. Я угадал?
— Но разве это на самом деле не так? — почти натурально удивился Густав. — Да у вас чтобы машину купить нужно в очереди отстоять чуть не десяток лет!
— И такое было да, — я согласно кивнул. — Да и сейчас не редкость. Но есть один нюанс. Если ты забыл, то в середине сороковых наша страна была основательно так разрушена твоими сородичами. Или я бы даже сказал… родственниками? Знаешь пословицу, никогда не спрашивай аргентинского дедушку, почему он так хорошо говорит по-немецки.
— Не понимаю, о чём ты. — как и положено шпиону Густав хорошо держал лицо, но вот в глазах мелькнуло нечто, подтверждающее мои слова. Не просто так его предки дёрнули в США, а может и вовсе переселились туда после разгрома нацистов, согласившись сотрудничать с американцами. В этом история двух миров не имела расхождений, янки были готовы с удовольствием целоваться в засос хоть с самим дьяволом, лишь бы он был против Советов. — Мои родители до сих пор живут здесь, в Австрии, как и их предки. И никто из них не служил Третьему рейху!