Гея сказала, что детям должны понравиться мультики. Она нашла их в местной мультимедийной системе и запрограммировала на голосовое управление.
— Это называется мультики, и вы можете смотреть их, пока меня нет. Если захотите изменить, то просто скажите об этом.
Было видно, что детей очень привлекли эти цветные картинки. Особенно самых маленьких. Надеюсь, что в моё отсутствие не произойдёт ничего страшного.
— Мы будем ждать, — сказал Берт, когда я уже выходил из жилого модуля.
Дальше отправился на склад с запчастями и на всякий случай заблокировал дверь.
— Просто найди подходящее место и располагайся, как тебе будет удобнее. Я бы посоветовала лечь. И тогда процесс получения информации будет восприниматься тобой, как долгий сон.
Нашёл подходящее место и даже положил на пол несколько слоёв твёрдой ткани, которой были накрыты какие-то запасные части.
— Просто закрой глаза. Возможно, это будет немного болезненно.
Стоило мне закрыть глаза, как перед глазами появилась надпись о принятии неустановленного пакета данных. И вопрос: заблокировать его или разрешить.
Конечно, разрешить.
Стоило это сделать, как всё вокруг поплыло, а я оказался в странном месте, очень похожем на вербовочный пункт. Всё вокруг было таким же белым и необычным. Вот только на столе передо мной лежало непонятное существо, распятое между десятком металлических штырей.
Глава 14
— Давид, ты там не уснул часом? — раздался приятный женский голос, заставивший меня отвернуться от стола с неизвестным существом.
В нескольких метрах от меня был такой же стол и за ним сидела женщина в белом халате. Симпатичное, немного полноватое лицо, было покрыто озорными веснушками. Тонкие губы скривились в брезгливой гримасе, а брови были вопросительно подняты. Правда, их сложно было разглядеть из-за толстой оправы очков.
— Всё в норме, Энн. Просто никак не могу понять, откуда берётся энергия для всех этих модификаций? И ещё этот чёртов монстр не хочет делиться с нами информацией.
— Монстр? — удивилась Энн. — Да он, пожалуй, будет более человечным, чем большинство мужчин в этой лаборатории. Только и можете, что препарировать заражённых животных и не обращать внимания больше ни на что вокруг. Даже ты забыл, что у меня сегодня день рождения!
Последнюю фразу Энн прокричала, с силой ударив по столу, отчего несколько инструментов упали на пол, подняв металлический звон. А затем Энн сделала то, чего от неё можно было ожидать меньше всего — начала плакать.
Я нахмурился, но всё же поднялся, чтобы подойти и успокоить женщину, с которой мы были очень близки. Да по-другому и быть не могло. Всё же Энн единственная представительница женского пола в лаборатории, в которой нас и ещё двенадцать учёных, заблокировали на весь срок трёхлетнего контракта.