— Хорошо, хорошо. Больше ни слова.

В это время следящий прошел мимо с подносом и невзначай посмотрел на столик, где сидела компания шахтеров. Брайн не удержался и с усмешкой приставил два пальца ко лбу и отдал честь. За столом все услышали, как скрежещут зубы у Рэнди.

* * *

Мартин проснулся, и тут же вскочил с койки, и, действуя на автомате, бросился к висящей рядом форме. Он уже схватил комбинезон, когда понял, что что-то не так. Не было слышно приглушенных ругательств и звука шуршания сотен таких же комбинезонов. Но еще больше не вписывалось в картину утренней побудки отсутствие криков сержанта. За год, который Мартин находится здесь на тренировочной базе, каждое утро проходило именно так, а сейчас почему-то тишина. Мартин застыл, прислушиваясь к себе, и готов был поклясться, что это вызывает определенный дискомфорт.

Оглянувшись по сторонам, увидел пару десятков таких же штрафников, как и он, вскочивших и озирающихся вокруг с вопросом в глазах: «Что происходит?» А затем до него пришло понимание, а точнее, вспомнился конец вчерашнего дня. Тогда всех штрафников построили и торжественно объявили о завершении активной фазы обучения, и в качестве поощрения командование сообщило о двух выходных днях. Мартин медленно вернулся к своей койке, присел, шумно выдохнул и закрыл лицо руками. Это были первые и единственные выходные за все время обучения.

В голове проносилась череда дней, слившаяся в один. Но не сказать, что ему не нравилось то, чем он занимался весь этот год. Да, поначалу происходящее казалось адом. Физические нагрузки были просто запредельные, но уже через месяц он втянулся и перестал выключаться, как только заходил в казарму. Тело окрепло, появились хорошо выраженные рельефы мышц — от того мальчика, который в ужасе бежал по коридору станции, боясь получить дубинкой по спине, не осталось и следа. А дальше стало даже интересно, когда их стали обучать владению всеми видами оружия, которое стоит на вооружении десанта и не только. Например, сейчас он может похвастаться удостоверением пилота четвертой категории, позволяющим управлять челноком или десантным ботом. Конечно, не все так радужно, и порядки здесь, соответствующие статусу штрафников, но можно с уверенностью сказать, что за этот год он получил больше знаний, чем за всю предыдущую жизнь. И, сказать честно, ему это нравилось.

— Юпитер, ты чего подскочил?

Мартин, услышав вопрос, поднял голову, уставившись на соседа, свесившегося со второго яруса. Такое прозвище он заслужил потому, что все его личное пространство было увешано изображением Юпитера. Он часто просто лежал и смотрел на движение газовых слоев в атмосфере планеты-гиганта и вспоминал тот день, когда воочию наблюдал все это собственными глазами. В эти моменты он обещал себе, что, когда все закончится, вернется туда, чтобы еще раз увидеть эту завораживающую картину.