Глава 21
Глава двадцать первая.
Ноябрь 1993 года.
То к сердцу прижмет, то к черту пошлет.
Опять Москва, холодная, промозглая, неуютная к всякому приезжему, у которого здесь нет собственного угла. Чтобы улететь в столицу с утра понедельника я отдежурил все выходные — субботу и воскресенье, хорошо, что дежурства в нашем отделе дознания только до десяти часов вечера, но это было условие, которое мне выдвинула любимая начальница, чтобы закрыть глаза на мое отсутствие в первый рабочий день недели. Итак, у нас с ней, перед отъездом, чуть не произошел конфликт — она так и не решила вопрос с водителями дежурной части, а я отказался ездить с ними по утрам и задерживать граждан согласно списка, так как каждый раз ожидать, какой фокус выкинуть члены великой водительской мафии я не собирался. Чтобы душа Ольги Борисовны успокоилась, я на каждом дежурстве задержал по одному жулику из числа злостных… (как их можно назвать?), пусть будут «неявщиков», «закошмарил» по полной программе, так, что два дела, по которым у девчонок –коллег сроки конкретно поджимали, были готовы к отправке в суд, благо, что по причине холодного сибирского ноября сутки в РОВД были относительно спокойны — мало желающих было хулиганить и срывать норковые и лисьи шапки, когда северный ветер пронизывает до костей, а ноги сами разъезжаются на обледенелом асфальте.
— Громов, как у нас дела? — голос капитана Супрунец в телефонной трубке бодрил и вызывал неконтролируемое желание поработать, но, к сожалению, мое дежурство заканчивалось.
— Все в порядке, Ольга Борисовна, два дела в дежурке, на столе дежурного, вас уже ждут. Насчет завтрашнего дня все в силе?
— Ты о чем, Громов? Я не припоминаю…
— Вы, Ольга Борисовна, так жестоко не шутите, а то я все бумажки, что вложил в дела вчера и сегодня из папочек вытащу, ведь формально я по ним работать не мог, их мне никто не передавал, официально во всяком случае.
— Да ладно, я же пошутила, шутница я. Ты мне лучше, Паша, скажи, что там с утренними приводами? Когда снова займешься?
Хитрющая начальник отдела пытается за один день отгула запрячь меня, как раба на галеры, но тут она обломалась — не настолько мне нужен этот понедельник, у меня еще одна неделя есть, на поездку в столицу нашей Родины, просто, я немного боюсь вызова в прокуратуру и решил подстраховаться, все дела с подмосковной недвижимостью решить до того, как на меня могут посыпаться репрессии.
— Громов, что молчишь?
— Ольга Борисовна, я не знаю, что вам сказать. Транспортом вы меня не снабдили, бензин не даете. А у нас, вы помните, какие задержки по зарплате, мне мою машину заправлять нечем. И еще…