Сегодня мы с подругой посетили правление дачного общества, где находился двухэтажный дом, оставшийся в наследство и жилищную контору в Одинцово, которая обслуживала новенький девятиэтажный кирпичный дом, также попавший в завещание.

Как я и предполагал, за смешные деньги кассиры ЖЭКа и дачного общества выписали нам приходные ордера, подтверждающие, что Наташа еще до того, как получить свидетельство о наследстве, заплатила половину членских взносов в садоводстве за текущий год и квартплату за квартиру на шесть месяцев, что делало все доводы теток –сутяжниц несостоятельными. Конечно, в корешках к ордерам стояли «правильные» даты, что, в условиях современного бухгалтерского учета было совершенно безопасно. Чтобы вывести нас и тетенек –кассиров на чистую воду, потребовалась бы внимательная работа нескольких ревизоров, которую, естественно, никто и никогда не организует. В дополнении к финансовым документам я, представившись участковым взял у жильцов квартиры и дачников, отдыхавших на даче, объяснения, что троюродный братец Юрик, сразу после смерти тети, сдал квартиру и дачу за неплохие деньги, посторонним людям, без согласования со вторым наследником, то есть Наташей, о чем, я уверен в этом, забыл уведомить Государственную налоговую службу Российской Федерации.

В съемную квартиру ехать не хотелось, и мы заехали в Москву. Не знаю, судьба или случайность, но мы оказались в окрестностях парка Горького. Толпы народу катались на каруселях, задорно визжали на американских горках, ели мороженное, фотографировались с мартышками и манекенами в черных балахонах, с пластиковыми косами в руках, а где- то там, в трех километрах севернее, в отключенном от всех достижений цивилизации, при тусклом пламеня свечей строили планы на завтрашний день президент России Руцкой (наверное, исторически правильней будет сказать Лже-президент, и его команда министров и прочих выдвиженцев. А завтра опять будет кровь на асфальте, громкие слова с балкона Белого дома, паника милиции, которую умеренными порциями, «с задачей поэтапно остановить толпу, последовательно вводя в дело заслоны из малых сил», и Софринская бригада особого назначения еще не потеряла несколько человек, не перешла на сторону президента Руцкого, и не поехала в Останкино, незаметно для себя и других, вернувшись на сторону президента Ельцина.

Говорят, что вход в парк Горького платный. Я не знаю, мне заплатить не удалось. Мы поставили машину у какого-то забора, прошли через забитый техникой хозяйственный двор, пролезли между, неплотно закрытых створок металлических ворот и оказались на заасфальтированной дорожке парка, возле карусели с космическими кораблями. Погуляли по узким дорожкам, съели по огромной датской сосиске, вставленной в булку — у нас в Сибири таких еще не было, у нас в хот-дог вкладывали две сосиски, полюбовались монументальным зданием министерства обороны на противоположном берегу Москвы реки и, часов в десять вечера поехали в наше временное пристанище, благо, что проблемы муниципального транспорта нас не волновали.