«Но тогда, что с авторскими отчислениями пусть уже для самих артистов, если они сами себе и пишут песни?» — справедливо изумившись, спросил я менеджера, уставившись на всё ту же цифру «семь» в документе.

И мужчина, изобразив на лице детскую непосредственность, своими словами, напомнил, что я нахожусь в не где-нибудь там… А в Корее. Здесь айдолы и справедливость — это слова, которые чаще всего идут параллельно друг другу.

«Так песни же они пишут, сами для себя.» — искренне удивился он моему вопросу. — «Чем лучше песня, тем больше они на ней заработают гонораров. Да и переплачивать какому-то одному участнику группы, это верный путь к разжиганию конфликта внутри слаженного, трудового коллектива».

«Восхитительная логика», — подумал я в то время. — «А главное, какая же она, чертовски удобная!»

Действительно, если айдолы и так пишут песни за бесценок тогда зачем кого-то там нанимать и тем более им доплачивать?

Но задав ещё несколько вопросов, я понял, что не всё так мрачно. Пусть не в RM, но практика работы с композиторами в Корее была. Их не было у RM. И здесь передо мной вновь появилось два пути.

Первый — это изменить ситуацию в самом агентстве и стать у них первым.

Второй — добиться смены агентства и переподписать контракт уже с ними.

И чтобы я ни выбрал, начальный путь у меня один. Мне нужно было показать, свою коммерческую стоимость. Другими словами, прийти уже с готовым продуктом и банально договориться. «Вот песня, её написал я. Теперь хочу продать. Но за семь процентов, я только на кнопку „Удалить“ могу нажать. Что будем делать, господа?» Не так утрировано, но общий посыл где-то рядом.

И вот сейчас, чтобы начать реализацию своего плана, я шёл в один из крупнейших магазинов музыкальных инструментов Сеула.

///

Найдя парное зеркальное здание, свечки которого были объединены стеклянным мостом, я увидел нужную мне светящуюся надпись Meka Music.

Из того, что я нашёл в интернете, это был крупнейший магазин музыкальной техники в Каннаме.

Передо мной открылись раздвижные двери, и в нос ударил ни с чем не сравнимый запах дерева и электронных товаров. Пройдя вперёд, я оказался действительно впечатлён. Магазин был просто огромен.

Три этажа, разделённых на секции под разные типы инструментов. Где первый преимущественно был отдан, под потребительский рынок, на любой кошелёк и вкус.

По стойкам с затычками в уши, взгляд соскальзывал сразу и останавливался на отдельных комнатах, оборудованных под прослушивание. Внутри за прозрачным стеклом, стояли в ряд ламповые усилители, сделанные под хай-тек или винтаж. А напротив — колонки и всё остальное оборудование, для создания идеальной домашней акустической системы аудиофила. Ценники при этом, нарисованные в вонах, могли заставить засмущаться даже телефонные номера.