Опять же, он рассказывает только о досудебной практике, с которой я, в здешних реалиях, само собой, не знаком.

— А что по поводу реакции RM? — спросил я. — Я как бы у них стажируюсь, да и вы с ними, насколько я могу понимать, в хороших отношениях.

— По поводу RM не волнуйся, — уверенно ответил мужчина. — Не скажу, что это уж совсем привычная практика, но прецеденты случались. Все мы в этом бизнесе не один год и понимаем, как устроен мир шоу-бизнеса. То, что мы заметили твою мелодию первыми, — всего лишь удача, которой наше агентство воспользуется. Тебе тоже в какой-то степени повезло, ты сочинил интересный мотивчик, и он попался в руки нужным людям.

— Действительно, повезло, — неопределённо протянул я.

— Возможно, мои объяснения для тебя слишком сложны, — снова неправильно поняв мою интонацию, продолжил менеджер Мун. — Но ты вполне можешь посоветоваться с юристом или своими родителями, фактически мы ничего не нарушаем, и для начала я бы хотел получить твоё концептуальное согласие, чтобы связаться уже с ними. Поверь мне, для нас обоих это взаимовыгодная сделка.

— К слову, — зацепился я за его фразу. — А что вы мне, собственно за это предлагаете?

— Ну, — услышал я, как мужчина усмехнулся. — Ты сам должен понимать, что для начинающего композитора возможность попасть в альбом популярной группы — это уже дорогого стоит. А твой случай, возможно, вообще уникальный на моей памяти: из этой мелодии мы планируем сделать заглавную песню. Так что на тебя как минимум обратят внимание в агентстве, и это явно приблизит тебя к дебюту.

Мужчина замолчал, а я терпеливо ожидал продолжения.

— Су Джин?

— Да, я вас внимательно слушаю.

— Ну и ко всему прочему, — словно вспомнив, продолжил он. — Мы, конечно же, вышлем тебе коллекционный альбом и мерч из ограниченного издания, а также билеты на все выступления Еклипс в Сеуле.

— Я, конечно, рад по поводу билетов и всего прочего, о чём вы только что говорили, — решил я сразу внести ясность. — Но вы так и не озвучили сумму авторских отчислений.

— К сожалению, мы не можем тебе заплатить, — словно удивившись моим словам, произнёс он. — Дело даже не в том, что мы не хотим покрыть хотя бы тот небольшой процент, что полагается тебе по твоему контракту. Всё дело в том, что если здесь будут замешаны деньги, тогда это станет предметом коммерческой передачи. Увы, всё так, и мы не можем пойти на такой риск, при котором юридический отдел RM сможет за что-то уцепиться.

Он что, так надо мной издевается?

— Тогда, — я даже не находил слов. — В чём здесь вообще моя выгода? Мы, если я ничего не путаю, говорим о песне, которая должна стать флагманской у нового альбома вашей группы, но… — здесь я хотел во всех красках высказаться о предложении прислать мне кучу макулатуры, но сдержался. В отличие от собеседника я всё-таки хотел оставить разговор в рамках предметного обсуждения. — … вы понимаете, что мне совершенно ничего не мешает пойти с этой мелодией в RM и договориться с ними, чтобы приблизить себя к дебюту. Заметьте, в этом случае, я даже теоретически не буду иметь повода поссориться со своим агентством.