К концу января Манаева наконец-то закончила перепечатывать на машинке текст «рыцарской» книги. Написанный от руки экземпляр вернула мне, а одну из машинописных копий отправила какому-то московскому знакомому по почте.

— Если всё будет хорошо, то через месяц книга уже окажется в Израиле, — обрадовала она меня. — А там, глядишь, и в издательство попадёт.

Посмотрим, посмотрим, чем эта афера обернётся. Больших надежд на оглушительный успех я совершенно не питаю, согласился исключительно из любопытства.

Меня куда больше волнует, как отреагирует на книгу «про себя» Павел Анатольевич Судоплатов. Тем более, я заранее предупреждал его о том, что читать о собственной смерти, даже вымышленной, очень неприятно. А книга начинается именно с того, что «террорист Сталина № 1» гибнет от удара молнии, чтобы его разум перенёсся в его же тело в 1940-м. Правда, гибнет не в середине 1990-х, когда реально умер Павел Анатольевич, а десятью годами ранее.

Волновался, волновался, и, наконец, дождался ответного письма. «Миша, если бы ты меня заранее не предупредил, что это будет развлекательная книга без малейшего намёка на документальность, я бы на тебя смертельно обиделся из-за того, в каком свете ты выставляешь мою тогдашнюю службу. Это… Это просто возмутительнейшая профанация всей деятельности сотрудников Главного Управления Госбезопасности. С другой стороны, реальные приёмы и методы их работы до сих пор составляют тайну, и потому я вынужден согласиться с твоей трактовкой. Выдумка — она и есть выдумка. Знающий человек посмеётся, а незнающему незачем знать того, что его не касается». Дальше шло несколько конкретных поправок в стиле «так бы я делать не стал, а поступил бы вот так» или «так говорить не следует, нужно сформулировать иначе».

Я считаю, получился очень плодотворный обмен мнениями. И самое главное, Судоплатову стало интересно, что про него сочиняют потомки («по прочитанным мной главам могу сказать, что завязка сюжета непривычна для современного читателя, но текст читается легко и вызывает интерес»). А это довольно важно. Особенно важно из-за того, что в книге придётся касаться личностей ныне живущих людей из близкого окружения Сталина. Тех же Молотова, Маленкова, Кагановича, переживших «политическую реанимацию» при переходе в Аппарат председателя партии.

Так что писать в далёком будущем о попаданцах в сталинские времена намного проще, чем сейчас. Хотя бы потому, что уже не обидишь неточностью или вымыслом ещё живых соратников Иосифа Виссарионовича. Личности они, как и «Хозяин», противоречивые, и трактовки их черт характера, поступков являются всего лишь личным мнением автора. Сейчас же следует сильно аккуратничать, чтобы не попасть впросак. Я ведь не собираюсь «передирать» исходный материал от буквы до буквы, кое-какие сюжетные повороты собираюсь добавить, что-то убавить. По меньшей мере, Вячеслав Михайлович и Григорий Максимилианович фигурировать в книге будут.