При этом он словно ушёл в свои собственные мысли и чуть ли не на автомате снял с пояса веер и начал им обмахиваться.

— Хоть по мне и не скажешь, но я сам — сын обычного землепашца. И, как и ты, думал, что всё смогу и всё успею. Не выйдет. Слишком тяжело менять своё тело, добиваясь нужного рисунка энергетических каналов и узлов. Слишком много времени потеряно. Теперь, спустя десятилетия, я вижу, что Жемчуг — мой потолок. Не успею большего. Остаётся лишь надеется на то, что мои труды не пойдут прахом и мои дети шагнут дальше.

И столько горечи было в его голосе, что я ему поверил. Что он действительно думал, что сможет больше. Что он старался изо всех сил и… Не добился. Не смог. Трезво оценил свой прогресс и понял, что не сможет. Не в этой жизни.

— А вот у тебя — шанс есть, — одним движением сложив веер и вернув его на пояс, сказал хранитель Хори. — Скорость твоего развития не просто поражает, а иногда даже пугает. Как будто росток, переживший зиму, торопится стать деревом. Смотришь — и радуешься, опасаясь лишь одного: что злой холодный ветер сломает неокрепший ствол раньше срока. Мда. Что-то мысль не туда свернула.

На это я лишь склонил голову, не желая спорить с ним. Не имеет смысла. Он живёт в реальности, к которой привыкли все местные. Да, он знает, что я из мира техники и на родине пользуюсь всеми возможными благами своей цивилизации для того, чтобы улучшить тело. Но не берёт это в расчёт. Он не понимает, что могут медкапсулы, ему привычны лишь пилюли и целители. Он не может представить, что благодаря этому я смогу достичь вершины за одну жизнь и без идеального старта. Мне проще перекроить своё тело. Мне проще изменить свой энергетический каркас, он ещё только развивается. И предки тут никакой роли не играют.

И с одной стороны — это даже хорошо, что у них этого всего нет. Для нашего мира медкапсулы — своего рода костыль, который позволяет вытащить практически с того света любого. Просто потому, что у нас появление каждого человека даже с помощью медиков — счастье. Здесь же таких проблем нет. И это просто великолепно.

— Всё, беги на обед, — открывая дверь взмахом руки, уставшим голосом сказал хранитель Хори.

И я побежал. Не, а что мне надо было делать? Остаться и утешить его? Вы в своём уме?

* * *

— Ну, удачной учёбы! — помахала мне рукой Ветка, прощаясь после окончания обеда.

— Да, и вам! — с улыбкой ответил я, поднимаясь с места первым из нашей команды.

— Увидимся завтра на лекциях. И не забудь, в следующий раз я с вами, — с прищуром сказал мне Франц, показательно дувшийся на меня целый обед из-за того, что не пригласил его на воскресную попойку.