— Эвакуация. Здание атаковано.

Через несколько секунд, всех присутствующих выводят в коридор, направляя к лифту, но когда створки уже открываются, старший офицер меняет вводные.

— Все вертолёты уничтожены. Наша задача — продержаться до подхода подкрепления. Вниз.

Громадную кабину лифта заполняют восемь мужчин и одна женщина, представлявшие страны «девятки». С ними отправляются трое бойцов охраны, в глазах которых читается откровенное недоумение — атаки на хорошо охраняемый объект в центре Берлина не ожидал абсолютно никто. Особенно после того, как в Германии были раскрыты и уничтожены сразу две ячейки «генизлов».

Двери лифта открываются на минус третьем этаже, откуда вся компания спускается ещё ниже, цокая по лестничным ступенькам. В конце концов все министры оказываются за массивной бронированной дверью, которую быстро закрывают.

Рассевшись по свободным стульям, дипломаты отчасти успокаиваются и представитель принимающей стороны поворачивается к офицеру с майорскими погонами.

— Что происходит? Кто-то атаковал здание?

Безопасник, чуть поворачивает голову.

— «Генизлы». Внешний кордон прорван, наша система наблюдения отключена, связь работает с перебоями. Судя по тому, что слышно, бой идёт на первом этаже здание — наши пытаются их сдержать.

Прислушивавшийся к разговор француз, взмахивает руками.

— Как такое возможно? Здесь же полно полиции и солдат, мы в центре Берлина!

Майор скашивает глаза в его сторону.

— Подкрепление должно скоро прибыть. Штурмовые группы включают в себя подготовленных «изменённых» — они наверняка справятся.

Дипломаты начинают перебрасываться фразами, но прерываются, когда кто-то активирует внешнюю связь — динамик, расположенный около двери и предназначенный для прямого контакта с внешним миром, извергает слова.

— Вот вы где спрятались? Тупые ублюдские выродки. Серьёзно думаете, что эта милая дверка нас остановит?

Трое прибывших с министрами охранников вскидывают автоматы, беря дверь на прицел, а персонал «мини-бункера» расхватывает оружие из шкафчика. Впрочем, пустить его в ход, они не успевают — первым на пол валятся трое автоматчиков, хватающихся руками за горло. Потом, в груду измельчённого мяса превращается один из дипломатов и стоящий рядом с ним майор. А динамик снова оживает.

— Тот, кто откроет нам дверь, останется жить. Даю честное благородное слова.

Несколько мгновений стоит тишина — оставшиеся сотрудники переглядываются между собой. Наконец, сразу двое бросаются ко входу и помещение заполняется звуком стрельбы из пистолет-пулемёта — один из их коллег укладывает обоих, не дав добраться до сенсорной панели управления, открывающей дверь. Впрочем, в следующий момент, он сам оседает на пол, прошитый пулями, как и ещё трое мужчин в форме. Оставшийся последним молодой лейтенант, отбросив в сторону оружие, достаёт из кобуры пистолет и сжимая его в трясущейся руке, быстро шагает ко входу, поглядывая на замерших дипломатов. Как только он прикладывает ладонь к панели и дверь открывается, парень валится вниз, а в комнате слышится насмешливый голос.