Щелчком пальцев выбросив почти потухшую сигарету, Демидов посмотрел на Петра, что стоял рядом с ним в ожидании приказов.

— Забирай Софию, Александра и Тамару. Возвращайтесь домой, — сухо сказал он. — Я остаюсь.

— Н-но, командир!

— Это приказ, Петь, — вздохнул Демидов и отдал планшет. — Я не брошу этих людей. Абсолюты Российской Империи не бегут от врага, кем бы он ни был.

Сжав устройство в руке, его подчинённый опустил глаза в землю и поджал губы. Из-за постоянного истощения энергетических каналов он получил травму и уже не боец. Восстановление займёт время, а у них его нет. София, одна из Физиков, ранена и целители поднимут её на ноги, но опять… нужно время. Про Александра с Тамарой и говорить нечего. Они в тяжелом состоянии, а чтобы помочь им, одного целителя не хватит.

Взрыв от сброшенных бомб сотряс землю, ударная волна потрясла главную монолитную стену, а люди резко перестали бегать и посмотрели на поднимающийся огромный огненный гриб вдалеке.

— Иди, Петь, — похлопал Демидов мужчину по плечу. — Возвращайся домой. К жене и дочкам.

С этими словами он оставил подчинённого и твёрдым шагом направился в сторону, где шёл бой. За его спиной покачивалась немного потрескавшаяся артефактная секира, лезвие которой приняло багряный цвет из-за запекшейся крови.

Нужно передать Алиеву и Булгакову приказ. Скрывать его от коллег он не собирался, да и незачем. Каждый сам делает свой выбор. Остаться и бороться, либо же бежать и прятаться.

Сидевшие возле палаток солдаты и Охотники, которым дали время на отдых и приём пищи, провожали проходящего мимо Абсолюта взглядом. Атмосфера войны и страха витала в воздухе похлеще пороха и крови. За столь короткий срок враг показал всю угрозу, и люди не были готовы к такому. Привыкли они охотиться на тварей Разломов или Эпицентров, слаженно выполняя свои функции и практически никогда не теряя близких. Хорошая и беззаботная жизнь, даже при присутствии нередких войн, изнежила их. А стоило появиться силе, что может поглотить весь этот континент, как они оказались не готовы.

Повернув голову, Григорий увидел Испанского Абсолюта — Франциско Гутьереса. Высокий, мощный в плечах, со шрамами на лице и тяжёлым взглядом, этот мужчина быстро собирал вещи.

Его голос, что ранее был полон силы при командовании подчинёнными, сейчас звучал, как у дешевой портовой девки.

Встретившись взглядом с Демидовым, он поджал губы и спрятал глаза, начав кричать на своих бойцов, чтобы те поторапливались и готовились к эвакуации.

Гриша его не винил за трусость и малодушие. Это был выбор Гутьереса, и он останется с ним навсегда.