Так что у Владимира сложилась вполне приличная репутация светского отморозка, с которым можно иметь дело, особенно если делать это вежливо.

Заработанные Владимиром сорок с небольшим миллионов, вложенные в Главный банк, позволяли безбедно жить только на проценты, не тратя основной капитал, до бесконечности, если бы не поиски главного мерзавца, ставшие для Соколова личным делом. И времени, потраченного в салонах и на приёмах, стало бы бесконечно жаль если бы не, то обстоятельство что в циркулирующих слухах, можно без труда выловить необходимую информацию, в частности о Церкви Хаоса.

Хаоситов не особенно жаловали, даже несмотря на обширную программу поддержки сиротских домов, больниц и работных домов, куда попадали всякие бродяги и маргиналы, не заработавшие себе ещё на каторгу и тюрьму.

О последнем как-то внезапно состоялся разговор с парочкой полковников, когда те. утомившись допросом, завёрнутым в светскую беседу, пожаловались, что так трудно ныне продвинутся в Столице…

— Да полно вам. — Владимир рассмеялся. — Нет ничего проще. Вам нужно дело? Громкое, хлёсткое, и реально опасное?

— Да откуда здесь? — Полковник Карус, широкоплечий мужчина среднего роста, в белом мундире, меланхолично взмахнул рукой. — Всё вспахано и заасфальтировано…

— А если нет?

— Зная вас, Северянин, я уверенно могу предположить, что вы не шутите, и не обманываете. — Полковник Дегро покачал головой, не отрывая взгляда от лица Владимира. — Но мне нечего вам предложить кроме благодарности, если таковое дело действительно существует.

— Благодарности будет достаточно. — Владимир без улыбки поклонился. — Для начала предлагаю прогуляться в тихое место, чтобы не нарваться на всяких читающих по губам, и специалистов по магической прослушке.

— Я бы конечно спросил, откуда вы знаете об их существовании… — Начал полковник Карус, и улыбнувшись, кивнул. — Но не стану. — Есть в вас, Северянин нечто такое, что я действительно не хотел бы знать.

Когда они оказались в специальной комнате для приватных переговоров. Владимир накинул дополнительное плетение от подслушивания, и усмехнувшись отследил как гаснут уже протянутые кем-то нити.

— Итак. У нас есть Церковь благодатного Хаоса. Благотворитель, друг детей, и всех страждущих. Сейчас под крылом Церкви около ста приютов для малолетних, около ста приютов для взрослых, работные дома, больницы и тюрьмы. Огромное количество людей, которых, в случае пропажи, никто искать не станет. И я утверждаю, что в этих учреждениях осуществляется массовая выемка подопечных, для проведения кровавых ритуалов. Почему я так уверен. — Владимир сделал паузу. — Дело в том, что я, эфирист достаточно высокого уровня, вижу каждую ночь зарево над Храмом Благодатного Хаоса, и по лиловому цвету зарева, могу точно сказать, что это жертвоприношения, причём человеческие. И кстати, сегодня в полночь, у них очередной ритуал.