«Черт! Налички нет!»

Смешно, на книжках лежит куча денег, а я без копейки денег.

— Бать, дай на проезд рубль.

— Держи трешку.

— Я отдам!

— Забудь. И так работаешь без перерыва.

— Так в сентябре отдохну у моря. С невестой.

— Вот это дело хорошее. На это деньги дам.

— А вот и не надо. Мне тут должны заплатить за кое-что, по этому поводу и поехал.

Дьявол, приходится и с родителями вести двойную игру. Умом понимаю, что это фантомы, но сердце разве обманешь?

Дорога много времени не заняла, иду не до Морского-речного вокзала, а на остановку, что расположена на улице Урицкого. Для молодого тела это даже не разминка. Утренний вал пассажиров уже прошел, так что удалось сесть спокойно. Видавший виды гремящий подвеской ЛАЗ бодро домчал меня до нужной остановки. Новая дорога радует глаз. Да и вышедшее солнце еще греет. Судя по увиденному, раскопки уже остановлены и ведется активная консервация объектов. Наш основной археологический пыл пришелся на июнь и первую половину июля.

Ловлю себя на мысли, что давно не интересовался делами на площадке. Вдруг еще что-то занятное нашли? Открытия июня как-то здорово заслонили все последующее. А ведь ребята что-то каждый день откапывали. Двигаюсь в камеральную палатку и тут же натыкаюсь на плачущую Маринку Соколову. Рыжая копна волос растрепана, косметика размазана по лицу. В палатке больше никого нет.

— Мариш, ты чего?

Соколова вздрагивает, некоторое время с оторопью на меня смотрит, а затем крепко обнимает и продолжает рыдать уже на моей груди.

«Здрасьте, приехали!»

Некоторое время я даю девушке выплакаться, осторожно глажу по волосам, тут главное не переборщить с ласками. А то черт знает этих женщин, воспримут как приставание. А это мне нынче совсем не нужно. Приехал отдохнуть, называется!

— Чай есть?

Марина указывает в сторону большого термоса и отворачивается, достав откуда-то зеркальце. Ну как же, требуется причапуриться перед молодым человеком. Я и так застал бывшую любовницу в непотребном виде. Ну так приручил — отвечай!

Наливаю две кружки крепкого чая и подталкиваю к девушке миску с сушками. Когда грызешь, меньше думаешь лишнего.

— Итак, что случилось?

Марина прекратила жевать, сделала глоток чая. То есть устроила паузу для размышлений, что и требовалось в нашем деле.

— Меня Якушев замуж позвал.

— Чего?

Ну вот обиделась, надулась как мышь на крупу. Пришлось состроить умное лицо и посмотреть прямо в глаза.

— Я серьезно. Взял и предложил сегодня с утра.

— Ну и чего ты, дуреха, плачешь тогда? Радоваться надо! Чай не последний мужик замуж зовет.

Соколова снова скуксилась, пришлось опять прижать к себе погладить по волосам.