— Щас мы их на прутиках сделаем. Ребятки, притащите еще дровишек.

— Мужики, может, по сто пятьдесят?

Довольный как слон, Сашин приятель ловким движением выудил из воды бутылку беленькой. Золотухин подал ему кружку:

— Мне давай, а этим деятелям ни-ни.

И сказано это было таким категорическим тоном, что вопросов больше не возникло.

— Сереж, и нам открой бутылочку. Галка взяла красного сладенького. И сами тоже можете, если хотите?

— Ну я не откажусь.

Все вокруг засмеялись.

Женщины ловко взялись за рыбку, шкерить и чистить для ухи. Щурятами занялся Геннадий, приятель дяди Саши. Он с некоторой настороженностью поглядывал на знаменитостей и все больше помалкивал. Приехал ведь просто порыбалить с городским приятелем, а оно во, как оказалось. Котелок грелся на огне, в который Василий Макарович ловко подбрасывал дровишки. Я заметил, что ему больше нравилось общаться с простым народом. Он то и дело перебрасывался фразами с Геной и дядей Сашей. Черпал там, видимо, Василий Макарович живительную силу.

Его задумчивое лицо отлично легло в видоискатель камеры. Я же не мог пропустить такое событие! Да и для истории пригодится. Правда, я не был уверен, что светочувствительности импортной пленки хватит в эти темные часы. Ничего, скоро рассвет! Для него у меня слайды ОРВОвские припасены.

Золотухину же не сиделось на месте:

— Девушки, чем помочь?

— Спасибо, Валера, но поморские женки сами привыкли все делать.

— Женки, женки… — покрутил на языке понравившееся словечко Золотухин. — До чего ж обширна Россия-матушка. И все в ней находится. Даже женщину обзывают по-разному!

— Так нас испокон веков женками зовут, — заявила ему мама. — Пока мужчины на промысле, наши матери и бабушки в домах командовали.

— Вот оно как?

— Так, Валер, у казаков также было. Два вольных племена на Руси издревле существовало, никому не кланялось, — Шукшин стал задумчив.

Тоже весь в творческом поиске. Он внимательно всматривается в лица женщин. Я в теле брата больше на свою маму похож, та же масть. Белобрысая и носастая. Тетя Галя родом с Пертоминска, того же поля ягода, поморочка. Скуластые, с удлиненными головами, большеглазые северные женщины больше похожи на скандинавок, чем на южных славянок с их более мягкими чертами.

— Глико, вот и поезжане идут! — воскликнул Геннадий. — Никак Николай с удёбы грястет.

Послышался мерный стук мотора и из-за кустов показался нос деревянного катера. Мужики сволокли на берег два ведра рыбы и довольные собой без вопросов приняли на грудь выделенные им сто грамм. Эту рыбу они уже повезут домой. Гости благоразумно отказались от подарка. Куда им такая добыча в гостинице?