подловить его и отправить к нему в гнездо термобар. Проблема усугублялась тем, что пулемет у ВСУшника был с пламегасителем и вычислить его было сложно. После очередной очереди ребята быстро произвели наугад два выстрела, и пулемет замолк. Я наблюдал вместе с «Пегасом» за этой охотой и помогал им корректировкой. – Володя, смотри! К вам движется ВСУшник без оружия. Что с ним? – вышел я с ним на связь. – Сдаться, может, решил? – неуверенно произнес «Горбунок». К автобазе из частной застройки выбежал украинский солдат без каски и бронежилета и, спотыкаясь, побежал в нашу сторону. До автобазы от украинских позиций ему было бежать метров двести по прямой. Он не пробежал и пятидесяти метров, как по нему стали работать в спину с позиций «немцев». Вторая очередь бросила его вперед. Он дернулся и затих. – «Горбунок», а что это было? – Загадка, – спокойно ответил Володя. – Теперь мы этого не узнаем. Заправка была ключевой в плане подпитки «Острова», и если бы мы ее потеряли, то нам бы было очень трудно держать остальные ранее захваченные позиции. Она была нашей ахиллесовой пятой, и ее нужно было держать любой ценой. Командовал этой позицией «Эрнст». Володя целый день был на передке, и я увидел его только под вечер, когда уже притащили раненного в ногу «Эрнста», которого он с ребятами и командой эвакуации выносил под обстрелом. – Нормально все? – спросил я Володю. – Мина. Но жить будет, – сказал он и кивнул на «Эрнста». – Мы его перетянули. – А ты-то как сам? – Я цел. Снайпер, сука, сначала прижал нас там с пулеметчиком, – говорил «Горбунок» улыбаясь. – Полтора часа пролежал, вжавшись в пол, а он стреляет и стреляет. Стреляет и стреляет. И винтовка хорошая. Листовое железо как фольгу прошивала. Пацаны в глубине гаража сидели, ржали надо мной. Он засмеялся. – Ну, я пока полежал там, музыку послушал, покурил. А чуть он затих, к пацанам отполз. – Повезло, короче. – Так только в гараж зашли, смотрю «птица» летает. Думали дымами скрыть передвижение. Один зажигаем – не горит. Второй, не горит. Третий – та же история. Ну, думаю, сейчас начнется. И точно! Только двери закрыли, как въебет «сто двадцатый»! И точно в крышу! Один «двести», «Эрнст» «триста». Нам его вытаскивать, а он орет. – Бля. – Я ему все ножом разрезал, перетянул. Мы его до воронки дотянули – там большая такая была. И только мы туда нырнули – миномет рядом! Короче, еле дотянули его до блиндажа, а там я уже «Баса» вызвал. И, чтобы не кучковаться, мы дальше перебежками. И опять миномет. И так кучно клал, тварь!