со своим сопереживанием и эмпатией тут же его беречь начинаешь. – А что плохого в том, чтобы оставаться человеком? – Да ничего плохого в этом нет. Но умирать-то кто будет? Кто в штурм ходить будет, если ты их всех будешь жалеть?! Солдат в упор посмотрел на меня. – Ты это давай… Слушай меня, и все будет хорошо. Я тоже жить хочу. – Вот сейчас трое суток проведем на ротации. Ты тут поменьше вылазь. Ты тут не нужен. Тут мирная жизнь. – Так ты же и тут бронежилет не снимаешь с каской, – заржал вояка. – Вспомни последний раз… Ну отоспался ты, и что?! А что дальше делать не знал. Ходил, думал да маялся, пока я все не взял в свои руки. Клиновое, передок. Это уже не важно. Важно постоянно действовать, а не херней страдать – кино смотреть да чаи гонять. Жизнь проходит! Жизнь – это война! Война с собой! С окружающей несправедливостью! С соседями! Враги кругом! Воевать и воевать еще! – А зачем?! – Чтобы смысл в жизни был. Война – это и есть смысл! «У верблюда два горба, потому что жизнь – борьба!». Украинцы вот выбрали нас, чтобы смысл был. Америкосы – так те вообще со всем миром воюют! Арабы с евреями! Евреи с мусульманами. Христиане одной деноминации с другой! Все против всех! Война – это единственно возможное состояние мыслящей материи. – Так есть же другие методы? – Уже нет. Другие методы закончились, когда ты решил сюда поехать. Они оказались несостоятельными. «Лига Наций» не сработала. ООН не работает! Война – это единственный возможный выход! Так было. Есть и будет! И не спорь, а то въебу. – Ну… Возможно. Мы с «Айболитом» вернулись в дом к Адику, и я стал рассматривать его жилище. Он жил в доме с очень низкой крышей. Судя по простому интерьеру, который, вероятно, сохранился еще с семидесятых годов прошлого века, тут жили советские люди, которые с развалом большой страны перекочевали в Украину. Дом был практически целый, потому что в Клиновое прилетало намного реже, чем в Зайцево. На стенке висела фотография симпатичной девушки, которую пацаны не трогали. Эта фотография совершенно незнакомого нам человека была окном в другую мирную жизнь. «Наверное, бабушка с дедушкой жили. С такой низкой крышей никто другой бы тут жить не смог», – думал я. Глядя на эту фотографию, я пытался представить, как тут происходила жизнь. «Скорее всего, из года в год мужчина и женщина строили совместный быт, ходили на работу и жили от выходных до выходных. Праздновали праздники, которые были в семье и в большой стране СССР: 1 Мая! 9 Мая! 8 Марта и 23 Февраля! Новый год и Старый новый год.