Бахмут. Никуда не лезь. Личный состав нужно сохранить. Вы на случай, если противник пойдет на прорыв. – Принято. Я был рад, что нас возвращают обратно в связи с окончанием контракта у большого числа бойцов. Я подозревал, что командир сделал это в обход командира отряда, чтобы закрыть нами образовавшуюся дыру в личном составе, но спрашивать ничего не стал. Главное, что мы остаемся в знакомой мясорубке, а не лезем в незнакомую. Собрав вещи, мы погрузились на мотолыгу и выдвинулись на передок. По дороге я заехал к своему другу «Сезаму», чтобы узнать новости и перекинуться парой слов. Он так и продолжал нести свою важную службу в своем царстве продовольствия и боеприпасов. – Какие люди! Тебя что обратно? – Угу. Говорят, Бахмут без меня никак не взять. А у тебя тут что нового? – Да все, как обычно. «Малолетка» тут чуть нас не подвел под дружеский огонь, прикинь? Я приготовился слушать, потому что рассказы «Сезама» не бывали короткими и неинтересными. – Посадил его за руль, и погнали мы в Зайцево бойцов забирать. Наших забрали и РВшников. Всех с одного места. Все в кузове – и «двухсотые» и «трехсотые» – и погнали назад. Пару человек в салоне, а остальные в кузове. А там не видно ничего. Воронки эти. И тут нам навстречу машина, и мы чуть в нее не встряли. А он, знаешь, что делает? – Ну? – Вылазит и на своем донецком языке говорит им: «Ну шо вы, хлопцы? Не видите чи шо?» «Сезам» округляет свои восточные глаза, пытаясь произвести на меня впечатление. – Прикинь? А этот в машине, смотрю, уже автомат передернули. Быстро вылажу и начинаю орать им: «Мы из “Тройки”! “Тройка” мы!» – Повезло. – Я к этом балбесу поворачиваюсь и меня, конечно, понесло: «Ты че, – говорю, – дебил? Какое “шо”? Какие “хлопцы”?». А он глазами хлопает. «А шо?», – говорит. Дебил, блядь. Такая вот история. – Значит, был в миллиметре от смерти ты? Чудом спасся? Мы попили кофе с печеньем, я попрощался со своим старым приятелем и выдвинулся дальше. По приезде на базу я доложил «Горбунку» о прибытии, и они с Ромкой отправили меня к «Горохову», во второй эшелон обороны, прикрывать оголенные фланги. Я со своими бойцами занял позиции в «частнике» в сорока метрах от украинских позиций на стыке с нашим четвертым взводом седьмого отряда. За две недели, которые меня не было, наши взяли улицу Мариупольскую и методично продвигались дальше к центру города. «Горохов» был худощавым и жилистым мужчиной тридцати пяти лет. Он был не очень заметен, но всегда выполнял поставленные перед ним задачи. Особо не светясь, он