Реакция Шарова оказалась куда как лучше. Он шел чуть в стороне и просто рубанул пролетающую тварь в бок, при этом умудрился увернуться от хвоста, который просвистел в нескольких сантиметрах от лица.

Тварь обратно не вернулась. Ворот с полминуты стоял и в итоге, пройдя семь шагов, нашел свежее пятно, оставшееся от тени.

— Готов, — вернувшись, доложил он. — Ты как?

Радим, который выбрался из грязи, порадовался, что взял с собой мощный лечебный амулет из последних трофеев, который быстро привел его в норму. Даже если и было несильное сотрясение, он за минуту все исправил.

— Норм, сучья тень, — зло ответил Вяземский, с которого стекали потоки грязной воды. — Надо убираться отсюда.

— В этом ты прав, мерзкая погода, их тут батальон может быть, а мы и не увидим.

Радим сделал шаг, другой, под ногой что-то щелкнуло. Он опустил голову и увидел противопехотную мину. Несколько секунд он стоял, глядя на нее, потом медленно убрал ногу.

— Хорошо, что они тут не работают, — выдохнув с облегчением, произнес он, — иначе мы бы с тобой уже валялись трупами.

Дом, к которому они шли, оказался наполовину разрушен, но не так, как прошлый. Пара квартир уцелела, и они смогли убраться с улицы.

Усевшись на старый скрипучий диван, от которого несло сыростью, Дикий стал прикидывать, что делать дальше. Шариться по острову, выискивая переходы, плохая идея можно нарваться, не будь Шарова, эта тень могла его и укатать.

— Спасибо, старлей, прикрыл, — поблагодарил Ворота Радим.

— Да брось, Дикий, — отмахнулся тот, стаскивая с себя кольчугу, а следом за ней куртку, пытаясь ее отжать, — сколько раз ты мне шкуру спасал? Не будем считать.

— Не будем, — согласился Вяземский. — Вот что, давай переоденемся в сухое, пройдемся по квартирам, поищем деревяшки, потом разведем костер и попытаемся просушить мокрые вещи. Черт его знает, сколько еще лить будет. Боюсь, придется тут задержаться. Да и какая разница, где энергию, потраченную на переход копить?

Радим оказался прав, ливень не стихал шесть часов, и только к середине дня начало успокаиваться.

Снова переодевшись в высохшие вещи, они с Матвеем, натянув на ноги резиновые чулки, подошли к окну.

— Б… — коротко и емко охарактеризовал ситуацию Ворот.

— Согласен, — разглядывая разрушенный боями городок, поддержал напарника Вяземский.

Рыжие остовы сгоревших БТРов, как отечественных, так и явно натовских, в траве белели кости, в остатках обмундирования рядом валялось оружие. Многочисленные воронки сейчас до краев заполнены водой. А еще тут были тени, много теней, так много, что Радим растерялся. Они сновали метрах в пятидесяти, и пока людей не видели, но как только разглядят, атакуют.