— Он жив? — шепотом спросила она, когда Вяземский подошел и взял с тарелки тигровую креветку.

— Конечно, дураков не убиваю, — развеселился Дикий. — Все, забудь о нем, он больше не встретится на твоем пути, а если встретится, значит, сам себе враг.

— Нам надо поговорить, — произнесла она тихо, но очень решительно. — Это будет неприятный разговор.

— Не надо нам ни о чем говорить, — вытерев салфеткой руки и обняв девушку за талию, произнес Вяземский. — Все, что было, то было, и осталось там до нашей с тобой встречи. Мне плевать на слова этого ублюдка, он заплатил за них, и будет платить всю оставшуюся жизнь. Он наказан за все. А Скиф неплохо тебя поднатаскал, но есть один минус, милая, почему ты позволила ему ударить себя?

— Растерялась, — уткнувшись ему в плечо лбом, прошептала Ольга, — застал врасплох. Мы мирно беседовали, и тут он как-то похабно усмехнулся и предложил мне ему отсосать, мол, тебе не привыкать, я так опешила, что даже не нашлась, что сказать. Хотела что-то ответить, и тут он заорал и ударил меня.

— Ничего, — успокоил он Ольгу, погладив по голове, — понимаю. Даже Тайсона, Емельяненко и прочих великих можно свалить одним ударом, внезапно выбив из колеи. Но Скиф исправит подобное. — Сам же подумал, что надо будет набрать мастера, попросить подналечь на внезапную агрессию, именно она обычно вводит людей в ступор.

— Давай уедем, — попросила Ольга, — нам ведь ничего не грозит?

— Конечно нет, я подлатал эту тварь, не полностью, чтобы помнил, кто, как и за что. А если откроет пасть, сильно пожалеет. А пошли куда-нибудь гулять! Куда хочешь? Весь мир открыт.

— Пошли, — согласилась Ольга. — Я всегда хотела посмотреть Лондон.

— Чего там смотреть? — удивился Радим. — Мигранты, крысы, грязь. А еще до хрена камер. Но, если хочешь…

— Уже не хочется, если честно, — ответила Ольга. — Слушай, а давай в Казань, там, говорят, очень красиво.

— Давай, — легко согласился Радим. — Тогда пошли, с генералом попрощаемся и сваливаем.

Через пять минут, забрав из кабинета Бушуевой коробку из-под ордена, шкатулку с пистолетом и бумаги, которые ко всему этому прилагались, Вяземский уже вел машину в сторону выезда из города. Куда делся безымянный капитан, он был без понятия, но, видимо, решил убраться подальше от страшной парочки.

Казань встретила их теплым спокойным вечером. Они погуляли по набережной, посмотрели кое-какие достопримечательности, поужинали в приличном ресторане. Эта спокойная неспешная прогулка смыла весь негатив и подарила умиротворение.

— Какие планы на завтра? — оказавшись дома, поинтересовалась Ольга, переодеваясь и готовясь к новой боли, ей предстояло поглотить много рун.