Тень рванулась к нему, стоило войти в подъезд. Радим убил ее, походя разрубив кукри, жалея, что с этих не валятся плашки для прокачки. Что-то ему подсказывало, что их тут будет очень много. И не ошибся. Когда он добрался до гостишки, в которой разместились потеряшки, то уничтожил почти два десятка черных. К счастью, они нападали по одной, максимум по двое, они спешили к месту гибели своих собратьев и гибли.
Трупы — вот что он нашел в небольшом пансионате, который заняли потеряшки. Финальное сражение произошло в центральном холле. Десятки тел устилали пол, в основном женщины и подростки, несколько детей, мужчин немного — с десяток. Оружия нигде не видно, его забрали те, кто атаковал. Вопросов, кто это был, не возникло — двойники, очень много двойников. Вот только у Вяземского были большие сомнения, что хреново обученные, пусть и многочисленные красноглазые смогли справиться с поселком местных, в котором был зеркальный колдун, да, старый, но все равно способный за раз выжигать нападавших десятками, молодая ведьма и куча народа, которая знала, как правильно держать клинок. Стены точно рушила ведьма, и не одна.
Холодная голова позволяла, не отвлекаясь на эмоции, анализировать картинку. Время с момента бойни прошло прилично, дней восемь, не меньше. Выходило, что все случилось ночью того дня, когда он навещал клан в последний раз, может, на день позже. Запах стоял отвратный, но поскольку в зазеркалье нет солнца, и погода всегда плюс пять, то можно дышать без респиратора. Ни одного знакомого лица — ни Раисы, ни Старпома, ни Холодного. Скорее всего, они погибли в бою в другом месте, возможно, помогали оборонять клановый поселок, следуя договору. Сюда нападавшие пришли, когда закончили с основной целью.
На анализ ушло меньше полминуты. Тени, которых было почти три десятка, бродившие среди трупов, только сейчас заметили живого человека. С мертвечины они получили все, что могли, ну разве что плоть поглотить, но это дело не быстрое, и она никуда не денется. Они качнулись к Радиму. Вяземский достал из подсумка нечто, напоминающее новогоднюю хлопушку — картонный цилиндр, в днище которого вделана достаточно мощная пружина, остальную часть занимала соль. Это изделие появилось после последнего похода в расколотый мир, простейшее, не требующее ничего сложного, примитивная механика. Вяземский назвал ее соляной петардой. Поворот нижней части стакана освободил стопор, и мощный заряд мелкой соли улетел в потолок, разом накрыв квадратов пятнадцать. Тени умирали молча, за раз он уничтожил больше двух десятков, оставшихся четверых он порубил кукри. Здесь ему делать было нечего, разве что глянуть сейф Старпома. Но тот был взломан и пуст.