В итоге переговоров все, кроме двоих, согласились вступить в ряды Красной Армии и заняли места в штабе нашей дивизии, которая через месяц в своем составе имела почти девять тысяч человек. В Воронеж время от времени Деникин и его генералы слали телеграммы, пытаясь выяснить судьбу эшелонов, отправленных через нашу станцию. Даже пару раз с инспекцией приезжали деникинские офицеры, которые пополняли камеры в здании ЧК, составив компанию Шкуро и нескольким таким же фанатикам. Для защиты города вокруг него копались окопы и строились ДЗОТы. Насыщенные пулеметами полки с поддержкой большого количества артиллерии вполне могли дать отпор деникинцам, когда они сообразят, что в их тылу находятся красные. Все выпавшее нам время мы натаскивали нашу армию правильно воевать. Даже бывшие белые офицеры удивлялись моим методам обучения солдат. Постепенно мы взяли под контроль все ближайшие станции и населенные пункты, установив в них советскую власть. Теперь мы втроем возглавляли губернскую ЧК, уболтав перейти к нам работать капитана из военной контрразведки.

Незаметно начался октябрь 1919 года.

Добровольцы уже привыкли сражаться с многократно превосходящим врагом — начиная с Ледяного похода это была своего рода «традиция» Белой гвардии. И бои, развернувшиеся в октябре-ноябре девятнадцатого под Орлом и Ливнами, долгое время шли с переменным успехом. Даже имея огромное превосходство в живой силе и боеприпасах, красные не могли сходу разгромить армию барона Петра Николаевича Врангеля, заменившего убитого Май-Маевского.

Измотанные многодневными боями, экономящие каждый патрон, зачастую насчитывавшие в составе по триста штыков (часть войск бросили в тыл, против Махно), полки Первого армейского корпуса не только стойко держали оборону, но и наносили красным дивизиям, каждая из которых состояла из девяти полноценных полков (т.е. фактически равнялась корпусу), ощутимые контрудары. Чаша весов колебалась; наступил тот самый момент, когда ситуация могла повернуться как в ту, так и в другую сторону.

Окончательный перелом наступил в середине ноября. На Украине красные отбили Чернигов и Бахмач; Восьмая советская кавалерийская дивизия прорвала фронт и атаковала Льгов, где чуть было не захватила штаб Первого армейского корпуса. В ноябре пал Курск, белые отошли на линию Сумы — Белгород — Новый Оскол… Радостное победное лето сменилось даже не поздней осенью, а сразу ранней зимой, безжалостно перечеркнувшей все достижения прежних месяцев.

Белые при отступлении взрывали за собой мосты, водокачки, бронепоезда. На железнодорожных путях часто встречаются вереницы теплушек. Их заносит снегом. Хорошо одеты, тепло обуты советские Лебединский или Сумской полки, их первая или вторая латышские бригады. У беляков же подбитые ветром английские шинели, изношенные сапоги, обледеневшее тряпье вокруг голов.