А ярость борьбы не стихала. Чаша весов всё время колебалась то в одну, то в другую сторону. Сражение полыхало над землёй словно гигантский пожар. Да и на самой земле, в радиусе многих десятков километров оставалось только выжженное до черна пепелище. Всё небо заволокло чёрным дымом и сплошной пеленой магической энергии, сквозь которую беспрерывно мелькали сполохи божественных молний и огня. Вокруг стоял грохот, как при извержении десятка вулканов разом. Пахло палёной плотью и смрад разносился повсюду невыносимый. Со стороны всё это реально походило на самый настоящий конец Света.

Стоя на балконе своего высокого дворца, Нинмах с тревогой следила за ходом сражения. Она закрыла глаза и сосредоточилась. Её внутренний божественный взор тревожно блуждал среди сражающихся. Окружавшие её приближённые из числа членов её Дома прекрасно понимали, что старая Богиня переживала не только за своё положение, но и за сына. Все в Шумере давно знали об истинном происхождении Нинурты. Ведь он был не только сыном Энлиля, но и Нинмах…

Знала ли об этом законная супруга Правителя? Конечно, знала. И, более того — даже не возражала. Да и не могла возражать. Ведь, по древнему обычаю аннунаков, первоочередное право в вопросах престолонаследия и во всех других делах имел лишь сын, рождённый от единокровной сестры. Именно его кровь считалась самой чистой и её ранг был самым высоким. Именно он, в первую очередь, имел право на получение родового тотема и Ранга Крови, равного своему отцу и становился его неоспоримым наследником и приемником. Даже если он был не самым старшим в роду.

Такие аннунаки становились элитой в обществе Богов. Все остальные, рождённые в обычном браке, не от единокровной сестры, а «всего лишь» — от законной супруги, отодвигались в вопросах престолонаследия на второй план. Вот поэтому-то, большинство Великих Богов и стремились уже изначально жениться на своих родных сёстрах, чтобы не иметь в дальнейшем проблем с наследниками.

Но так везло не всем. Не всегда в семье хватало родных сестёр на всех братьев. Тем же, кому «не досталось» родной сестры, старались всё равно родить себе прямого наследника от единокровной сестры, пусть даже и вне брака. Это было их естественным, законным правом, а потому не осуждалось и даже наоборот — поощрялось. Муратова поначалу весьма изумляла и шокировала подобная традиция, принятая у аннунаков. Но она пошла с незапамятных времён, ещё с Нибиру. В расе Богов царила своя мораль. «Чистоту крови» они ценили прежде всего.

В результате, такие «внебрачные» дети признавались вполне законными. Даже более чем… Они жили в отцовском доме вместе со всеми своими остальными сводными братьями и сёстрами, рождёнными в «обычном» браке, преспокойно называя супругу своего отца «матерью», хотя и знали о тайне своего рождения. Так что, подобный узаконенный инцест, как способ сохранения чистоты крови рода, в обществе аннунаков был вполне нормальным явлением. Решающим фактором тут было — кто реальные отец и мать, а не в каком статусе они родились.