— Ты у себя спроси! — Дракен продолжал тащить за воротник упирающегося толстяка.

— Это всё он виноват! Он! — Пегасов указал пальцем в сторону Круга, который, ухмыляясь шёл за ними следом. — Ещё и лыбится, урод!

Дракен же ничего не ответил. Когда они спустились на десятый уровень, к шахтам, он выволок груз на небольшую площадь.

Они подождали, когда соберется небольшая толпа. Места было много, так что вокруг их обступили как бойцы, так и старики, женщины с детьми.

Предводитель осмотрелся. Человек двести примерно. Достаточно, чтобы потом разнести новости по всему городу. Пора начинать.

— Итак! — крикнул он и толпа затихла. — Пегасов Вениамин! За то, что ты подверг подземный город испытанию. За смерть восьми жителей города. За то, что ослушался предводителя Черепов и градоначальника города… — Дракен специально сделал продолжительную паузу, наблюдая, как вытягивается и бледнеет на глазах Пегасов. — Ты приговариваешься к изгнанию.

Тут же Дракен приказал трём прислужникам подвести его к одностороннему порталу. Между двух валунов клубилась тьма, которая не предвещала графу ничего хорошего. Дракен видел ужас на лице толстяка. Тот догадывался, что там, по другую сторону, его ждёт смерть. А как именно он погибнет — какая уже разница.

— Меня вынудили… и ты прекрасно об этом знаешь, — каждое слово Пегасов буквально выдавливал из себя.

— А ты, видно, не знаешь законов подземного города, — мрачно ответил Дракен. — Но незнание законов не освобождает от ответственности. Теперь твои слова не имеют для меня никакого значения. Теперь пусть сумеречная зона решит, что с тобой делать! Убирайся!

Дракен тяжелым взглядом смотрел на Пегасова. И внимательно следил за его реакцией. Если рыпнется — пять магов уже готовы дать отпор, да и Круг настороже.

— Ты ещё об этом пожалеешь, — пообещал ему Пегасов. Ему? Он угрожает ему⁈ Этот холёный толстяк⁈ Дракен хотел вырвать у него сердце, но сдержался. Законы подземного города таковы… Ничего не поделаешь. Какой же он тогда правитель, если сам нарушит хотя бы один?

Он лишь смотрел, как трясётся от ненависти этот толстяк.

— А ты, сучий потрох — тем более, — прошипел Пегасов шаману в лицо, и тот в ответ ухмыльнулся.

— Иди уже, пустозвон, — Круг указал кривыми сучьями своего посоха в сторону клубящейся неизвестности.

Дракен проводил взглядом Пегасова. Вот толстяк заскрипел зубами, затем нерешительно замер перед клубящейся тьмой… и шагнул внутрь.

* * *

Расстояние до выхода из тоннеля я буквально пролетел, а не прошёл. Выскочил из него, увидев впереди каменную стену, которая была очень близко. Затем осмотрелся.