— Ффух, слава Единому, — выдохнула Софья, тревожно всматриваясь в сторону воронки. Она, как и все мы, ещё не верила, что всё так быстро закончилось.

— Не жди подвоха, — крякнул, вставая на ноги, пожилой некромант. — Я всё сделал для того, чтобы обезопасить это место.

— Это, конечно, не сравнится с Эпицентром, но тоже неплохо, — ухмыльнулся Жорик, убирая свой кинжал.

— Надо бы тебя взять на закрытие прорыва, — задумчиво взглянул я на водителя. — Опыт есть, да и машешь ты своей штуковиной неплохо.

— Не штуковиной, а Беспощадным, — Жорик ласково погладил рукой по ножнам, словно женщину. — Я его так называю.

— У него есть имя? — Черепов удивленно посмотрел на оружие моего водителя.

— Что на ум пришло, так и назвал, — пожал плечами Жорик.

— Предмет очень редкий, — подошёл ещё ближе к нему Черепов. — За сколько отдашь?

— Не продаётся, — буркнул Жора. — Семейная реликвия.

Я заметил, как у некроманта загорелся взгляд, словно у фанатика. Точно на кинжал глаз положил. Надо бы присматривать за ним, а то мало ли что может выкинуть.

Мы смыли зелье со своих подошв в морской воде, и достаточно быстро добрались до «мустанга». По пути я хмуро осматривал то, что осталось от дома отдыха, прикидывая, что придётся потратить значительно больше денег, чем предполагалось.

Через военный пост мы проехали без проблем. Никто нас не остановил и не окликнул. Молчаливые военные убрали с дороги колючие и кристаллические ленты, замахав руками, чтобы продолжали движение.

— Если б они узнали, что там уже нет смерча — нас бы не выпустили, — усмехнулся Жорик, резко прибавив газ.

— Да что такое, — схватился за ручку сверху Черепов, враждебно посмотрев в стороны Жоры, и его вжало в спинку кресла. — Опять!

А я положил руку на плечи Софьи, и она прижалась ко мне, поцеловав в щеку. Чувствуя, как кровь приливает вниз, я понимал — если бы в салоне никого не было, одним поцелуем дело бы не ограничилось. Я тут же вспомнил о серьгах, которые покупал Софье в подарок. Совсем из головы вылетело. Вот, кстати, сегодня и подарю, когда окажемся без лишних свидетелей.

Наблюдая, как за стеклом проносились лиственные деревья и кустарники, а солнце, уже готовое исчезнуть за ближайшим холмом, согревало землю ласковыми вечерними лучами,, я услышал громкое урчание в животе. Софья, улыбнувшись, достала из дорожной сумки газетный сверток, в который были завёрнуты бутерброды с вяленым мясом и сыром.

* * *

В хижине пахло плесенью, табаком и какими-то лекарствами.

Пегасов открыл глаза и тут же зажмурился. Он успел разглядеть двух обезображенных человекоподобных существ, которые, сгорбившись, что-то делали возле деревянного стола.