— А у нас есть такие учителя… я правильно понял? Мастер Ву из их числа, — сделал я сами собой напрашивающиеся выводы.

— Верно, — кивнула Катя, и нахмурилась. — И комиссия при Министерстве Образования продлила лицензию всем, кроме него. А он ведёт ключевые дисциплины. Прошла неделя, как мастер Ву отправил заявление в Министерство… и его до сих пор рассматривают. Хотя обычно в тот же день появлялись в поместье Хранители, принимали нормативы и шлепали печать в документе, делая пометку в специальном реестре.

— Так, и что говорят? — работник принёс собранные стрелы, и я закинул их в колчан, кивнув в знак благодарности.

— Кормят обещаниями, — развела руками Катя. — А сегодня с утра пришел ответ из городской администрации. Отдел Образования отклонил запрос на твоё заочное обучение, обосновав, что у мастера Ву нет лицензии.

— Тут разобраться нужно. Обратиться к той же комиссии при министерстве, — предложил я. — Узнать, почему отклонили. Может, что напутали?

— Как только пришёл отказ, я отправила уточняющий запрос и апелляцию, — Катя развела руками. — Но вряд ли они ответят. Отдел не обязан объяснять причину своего отказа. А апелляцию они могут рассматривать очень долго.

— Так и с чего ты решила, что здесь кто-то из влиятельных вмешался? — спросил я ее, вновь глотнув освежающего кваса.

— Мне намекнули насчет этого. Один из хороших знакомых, который работает в администрации Сочи, — объяснила Катя. — Он случайно услышал разговор в кабинете мэра на эту тему. Фамилии нашего доброжелателя, к сожалению, не разобрал. Но тот явно близко знаком с мэром.

— Понятно. Значит надо выяснить кто это и навестить умника, — спокойно ответил я, подмигнув сестре. — Или на прием к мэру напроситься!

— Даже не вздумай! — Катя испуганно округлила глаза. — Обещай мне, что не пойдешь. Тебя же там съедят. Тем более к Чернобаеву сейчас не подберешься — кто-то недавно совершил на него покушение, так что он обложился охраной и защитными артефактами с ног до головы. Как успокоится, можно устроить встречу.

— Идет, сестренка. Все будет отлично, не кисни, — широко улыбнулся я, замечая, что она сейчас расплачется, и раскинул руки. — Иди сюда.

Катя шмыгнула, подошла, и мы обнялись.

— Мы всех победим, кто бы что ни пытался сделать, — тихо ответил я ей на ухо. — Уж поверь мне.

— Конечно, — с трудом улыбнулась Катя, но тревога не сходила с её бледного личика. — Тебе верю.

После нашего разговора я вернулся в поместье и попал как раз к накрытому столу. Сегодня решили сесть за стол пораньше. На обед было вкуснейшее первое блюдо, которое здесь называлось борщом, и сочный стейк из говядины, буквально тающий во рту.