На этом представление закончилось. Красная коробка развернулась и уехала в обратном направлении. Это еще что за фокусы?

Я вышел из дома, когда увидел промелькнувшего мимо меня Бориса. Судя по неуверенной походке, его развезло на старые дрожжи.

— Твою мать… Вот же твою мать… — бормотал он на ходу, запрыгивая в автомобиль, который уже дожидался его у входа.

Я же решил прогуляться пешком. Когда подошёл к месту происшествия, заметил в руках одного из охранников тот самый предмет, действительно оказавшийся копьём. На его древке были выжжены черепа.

Ну, вот, пожалуйста — объявление войны. Дождались, что называется.

Я заметил лист бумаги, который изучал нахмурившийся Борис. Судя по всему, тот прилетел вместе с копьем.

— Дай взгляну, что там написано, — спокойно предложил я Борису.

— Да на, — он нехотя вручил мне бумажки.

Я пробежался по тексту. Троекуровы сообщали, что подали в Имперскую канцелярию запрос на регистрацию войны с кланом Драгунова. Причина — убийство дочери главы клана Троекуровых сыном главы клана Драгуновых.

Также был предупрежден и Орден Хранителей, который должен выделить Гаранта. Он будет закреплен за этим конфликтом и станет наблюдать за боевыми действиями кланов, чтобы они не навредили мирным жителям.

Дополнительно говорилось, что Гарант в случае затяжного конфликта обязуется ежемесячно отправлять Императору информационные сводки с кратким описанием боевых действий и сопутствующих жертв. Противоправные действия или теракты будут караться жесточайшим образом. Таким образом, Гарант выполняет свою работу до поглощения или порабощения одного клана другим, а также до момента перемирия.

Следом сообщалось, что такие послания разосланы всем, кто входит в клан Драгуновых, в том числе и главенствующему роду.

И на закуску — издевательское предложение о добровольной сдаче позиций, в которые входит передача бизнеса клана Троекуровым и явка с повинной главы рода Драгуновых.

К тому же я прочитал небольшое примечание. По законам Российской Империи после регистрации войны кланов обеим сторонам даётся время на подготовку к ведению боевых действий. Срок — одна неделя.

Ух, чую, скоро такое веселье начнётся, что мало всем места будет!

Вернувшись в гостиную, я заметил отблеск в окне и подошёл к нему. Пространство возле фамильного дома вспыхнуло, и из образовавшегося энергетического зеркала вышли двое.

Одного, высокого и худощавого, словно жердь, я хорошо знал. Это был Хранитель, который меня регистрировал в обители. Всё тот же светлый плащ, но теперь капюшон не скрывал лицо. Кроме острого носа, я рассмотрел чёрные глаза, которые холодно смотрели из-под густых нависших бровей. Второй — пониже ростом, в плаще, но бордового цвета, и немного лысоват. Во взгляде светло-серых глаз читались презрение и жесткость.