— Вот поэтому я предпочитаю мирные и кишащие ядовитыми пауками подземелья! — назидательно заметила девушка с ником Побежденная Фрустрацией.
— Фрусти! — сидящий рядом с ней парень в зеленой кольчуге недовольно поморщился — Да кто не любит подземелья? Но иногда надо и с гарпуном в море выходить! Драйв! Бури! Шторма! И надежда на свет спасительного маяка в ночи… Спасибо Тамплиерам. Говорят, что за последний год маяк не гас ни единого раза и что с каждым годом его свет становится все ярче.
— Какие тамплиеры?
— Клан Золотых Тамплиеров. Их лидер Леди Гвиневра.
Девушка смешливо фыркнула:
— Прямо вот леди?
— Белая леди, — подтвердил парень и одним махом допил красное вино — Ну что? Пойдем дальше бить флаксов и крушить туклов?
— Пойдем, — вздохнула девушка и, бросив последний взгляд на мирное море, легко поднялась, обдав меня ароматом цветочного парфюма. — Самое время проломить пару клыкастых черепов моей серебряной булавой.
— Святые слова, Фрусти, святые слова, — поддакнул парень, и они ушли, оставив меня со своими окончательно успокоившимися и ровно потекшими мыслями.
Глава восьмая
О чем думает вор одинокий?
Да о том же о чем и обычные люди, эльфы, гномы и прочие расы — о делах насущных. И о своей роли в чужой осторожной и очень, как мне чудится, продуманной игре.
А чудится только чудикам.
Стоило об этом подумать, и сразу всплыла уверенность, что это не так. Крутован использует меня и уже давно — началось буквально с «принеси водички умирающему», а теперь я уже выполняю функции переговорщика, курьера и даже спасителя мелкого разлива. Так что пусть я и чудик, но только из-за своих глуповатых и порой заставляющих задуматься предпочтений в игровом местопребывании. Не каждый игрок захочет сутки напролет проводить во влажной тьме древних подземелий.
Я ведь немало книг приключенческих прочел. Ради чего авантюристы бросаются во все эти подземелья, склепы, дышащие тьмой старые руины и прочие места? Ответ прост — не ради, собственно, этих самых мест. Плевать авантюристы хотели на окружающую их мрачную обстановку — для них это лишь очередной боевой поход с мерцающей в его финале большой золотой наградой. И вот захапав оную, усталые израненные герои делят добычу — порой не без взаимного смертоубийства и не всегда поровну, — а затем вваливаются в ближайший трактир, где начинают кутить столь же отчаянно, как и матросы викторианской эпохи. Так что я не совсем обычный авантюрист — хотя кое-что из их разудалой жизни планирую наверстать как можно скорее. Нельзя же отставать так кардинально…
Но размышлял я о своих темных буднях и беспросветных приключениях не из-за подозрений в адрес Крутована — тут я как раз был вполне во всем уверен. Сам не знаю почему, но эта уверенность лишь крепла день от дня. Не переживал я и из-за своих вечных прозябаний в не самых красивых и светлых местах Вальдиры.