— Понятия не имею, о чём ты, — усмехнулся я. — Я всего лишь новенький первокурсник. Моя титулка ещё не проявилась. Может, ее вообще нет.

Вадим цокнул языком, покачал головой, и в его глазах загорается опасный огонёк интереса.

— Не строй из себя овечку, Семёнов. Мы оба знаем, что ты сильнее, чем кажешься. — он выставляет обе руки вперёд, ладонями ко мне. — Если не хочешь показывать сам, придется тебя вынудить.

Из его открытых кистей рук вырываются настоящие реки пламени! Сплошным потоком огня он заливает все вокруг. Черт, да он поливает ими, как грядки из шланга на даче!

Мелькаю в сторону, уходя с линии огня. Тот оплавляет скамейку, расплескивается по асфальту, и будто капельки ртути — закатывается куда-попало, поджигая траву и даже землю.

Вадим смеётся, следуя ладонями за мной.

— Если придется, я сожгу весь, мать его, квартал! Но тебе отсюда не уйти, Семенов!

Я мелькаю за большое дерево. Огненный поток ударился о ствол, и всё вспыхнуло, будто облитое бензином. Ветки хрустят и падают на земь, разбрасывая угольки.

Телепортируюсь чуть дальше. Ощущаю, как вокруг стало теплеть. От обилия огня, воздух стал сухим, а земля теперь греет подошву кроссовок. Трава шипит и разлетается ошметками пепла.

Еще раз мелькаю прямо в небольшой фонтан. Так себе защита, но хотя бы освежился. Снова телепортируюсь, не останавливаясь. Давай давай, выжигай чакру, я подожду. Придурок.

Парк буквально превращается в Ад. Деревья вспыхивают факелами, одно за другим. Скамейки плавятся и расплываются лужицами на асфальте, а асфальт в свою очередь начинает кипеть. Осветительные фонари лопаются и накреняются от температуры. Пластиковые мусорные баки горят жёлтым пламенем, испуская черный едкий дым. Всё вокруг горит, будто я нахожусь в эпицентре майских пожаров где-то в лесу. Слышу крики. Владельцы ларьков в панике хватают, что могут и бегут прочь. Романтические парочки, гулявшие по соседству, моментально испарились прочь, как только началась потасовка. Парк опустел и превратился в пожарище.

От постоянных телепортов, от поддержания покрова и регенерации — чакры осталось примерно половина, а Вадим даже не запыхался. Он заливает вокруг себя всё огнем примерно на сто метров.

— Чувствуешь⁈ — орет он, перекрикивая треск огня. — Теперь это моя территория! Огненная пустошь! Ты знаешь что это значит, сопляк⁈

Я знаю. Ну конечно! Это как на стихийных аренах — если огненный сверх сражается в пожаре, то его способности усиливаются, а затраты чакры кратно снижаются. Черт, да я вижу, как несколько всполохов пламени вихрем закручиваются и «вливаются» в его тело. То есть он продолжает использовать свои огнеметы даже не используя собственную чакру, энергию он получает напрямую от огня.