— Спокойной ночи, доктор Харлин! — ответили ребята хором.

Женщина вышла из общего зала с портретом в руке. Возможно, если Кристина просканирует Семенова во второй раз, то ей будет уже легче. Может быть, она сможет увидеть больше деталей о его предыдущей жизни и о его даре… Им нужно понимать с чем столкнулись.

* * *

Особняк семьи Фраг.

Валера сидел в позе лотоса, стараясь направить энергию на исцеление сигаретного ожога.

После потасовки с Семеновым у него немного обгорела бровь и остался небольшой след на лбу. Для любого сверха это даже не рана, на ее излечение уйдет с десяток секунд и крошечное количество чакры, но не для Валерия. Он всегда плохо контролировал дар в целом и свою чакру в частности. Он мог запросто вложить все свои силы в один удар, и упасть без сознания, но если требовалась тонкая работа с энергией, то не мог регенерировать даже обычный порез.

Уже час он пытался исцелить этот уродливый шрам, но все, что вышло — убрать незначительную боль, при этом сам ожог внешне не изменился.

— Говно! — рявкнул Валера и треснул кулаком о пол.

Поднялся на ноги и пробил кулаками «двоечку», представляя перед собой Семенова. Этот долбаный козел не выходил из его головы. Хотелось выбить ему все зубы, заставит плевать кровью и извиняться. Чтоб, сучара, ползал в ногах, облизывал ботинки, и умолял не сжигать его.

Валера фыркнул, прошел в ванную комнату, смежную со спальней. Подошел к шкафчику с зеркалом, открыл дверцу, достал заживляющую мазь. Когда не можешь исцелиться сам, то мазь- лучшее средство, сделанное сверх-лекарями.

В это время раздался настойчивый стук в дверь.

— Что еще? — буркнул Валерчик, глядя на себя в зеркало и нанося мазь на ожог без помощи слуг, прям как простолюдин какой-то, ей богу! Ему было так стремно! Но стоит кого попросить — сразу доложат!

Дверь открылась, в комнату вошел мужчина лет пятидесяти. Худой, в черном строгом костюме, в волосах лысина по типу «озеро в лесу».

— Простите, господин, Ваш отец ждет вас.

Валера посмотрел на себя в зеркало. В глазах отражался страх. Только при одном упоминании отца, он хотел опустить глаза в пол, а лучше сунуть в тот голову, как страус в песок.

— Иду… — тихо сказал он, вздохнув.

И впервые пожалел, что подстригся почти налысо, были бы волосы — скрыл бы ожог, а так… Он как горящая звезда во лбу! Звезда, которую второкурснику поставил какой-то наглый первогодка!

Через минуту Валера вошел в роскошный и просторный кабинет отца. Высокий и статный мужчина сорока лет сидел за дорогим деревянным столом и подписывал документы, аккуратно перекладывая лист за листом, пробегаюсь по тексту взглядом. На сына мужчина не обращал внимания.