— Переживу? Что ты имеешь ввиду?
— Садись в вертолет, Витя.
— Погоди! Что ты имела ввиду, говоря, что я могу не пережить пробуждения?..
Глава 21
В аэропорту Фрунзе, куда нас довез вертолет Зимы, была уже ночь. Теплая и удивительно тихая южная ночь. Вдыхая нагретый за день воздух, не верилось во всю эту ерундистику с демонами, прорывами и сверхами, произошедшими от крови пришельцев. В такую ночь хотелось смотреть на луну и звезды, желательно, при этом, держа за руку женщину, которую любишь.
С этим у меня был полный облом. Единственная женщина на ближайший километр, попросту могла отморозить не только руку, но и кое-что поважнее, приди мне в голову устроить такую романтику. Настроена она был по деловому. Без всяких прелюдий сообщила, что в республиканской ОТГ я больше не числюсь. А переведен — сегодняшним числом — в резерв командования ККС. Стажером. С переводом на новое место службы.
— Какой-то я вечный стажер получаюсь. — посетовал я. — Даже попрощаться не дадите? Все же, у нас с Машей и Германом команда была.
Возмущаться тем фактом, что меня никто даже спросить не соизволил, я не собирался. В конце концов, сам к военным подался. Прекрасно зная, как у них обстоят дела с личной свободой.
— Команде той несколько дней. — отмела мой аргумент крио. — Вряд ли вы успели сдружиться. Им доведут все, что следует знать, и уже к завтрашнему утру они про тебя забудут.
— Жестко ты, Люба. Мне, значит, можно все рассказать, потому что я Барона прикончил, а им, выходит, нельзя ничего знать.
— Поверь. Это их выбор. — дернула плечом Зима. — Так спокойнее живется. Почему ты думаешь эта парочка с войны сидит в Киргизии?
С тем я пересел на военный борт и отбыл в неизвестном направлении. Моя именитая сопровождающая лишь сказала, что все подробности я узнаю, когда пройду "пробуждение", и не раньше. Пока же — просто жди.
Хороший совет. Впрочем, для меня подобное положение в новинку не было. Приходилось раньше и на такие задания летать, что только в самолете пакет с приказом можно было распечатать и изучить. Так что, что такое секретность, я понимал прекрасно.
Поэтому расслабился, и собрался весь полет проспать, но оказалось, что и этого мне делать нельзя.
— Сон может запустить процесс "пробуждения". И как оно у тебя пройдет, никому неизвестно. Ты сейчас бомба, которая может взорваться в любой момент. И мне бы не хотелось, чтобы это произошло в самолете. Сама я выживу, а вот у парней, — женщина качнула головой в сторону кабины пилотов, — шансов немного.
В итоге, все шесть с половиной часов лету, я рассказывал Зиме о своем мире. Интересовало ее все, но главным образом, конечно же, крушение моего Советского Союза. Выслушав все о следствиях, она вознамерилась докопаться до причин, заставляя меня вспоминать такие вещи, которые я, казалось бы, и не знал никогда.