Не знаю, как дела обстояли у простых людей, но магнатов новость о возможном появлении Долгиновской пустоши не очень-то удивила. Ну, или мне так просто показалось.

После документального фильма началось награждение причастных. Место Петриуса у трибуны занял другой человек, который принялся торжественным голосом зачитывать имена отличившихся при проведении операции когнийцев. Что примечательно, знакомые мне генерал Шинкарев и полковник Егорчев тоже получили награды. А значит, свою часть сделки я точно выполнил.

После граждан Республики стали приглашать и представителей других стран. На сцену также пригласили и меня, как человека, под руководством которого нашли не только вторую по счету захоронку, но и еще пять других.

Пришлось идти. Строить из себя скромного парня. Благодарить за неожиданную награду и под аплодисменты возвращаться на свое место.

«Да, не самые приятные взгляды, — пронеслось в голове, когда я спускался со сцены и чувствовал вокруг себя настоящий коктейль из ненависти, зависти, неодобрения и злости. — Не любят меня здесь почему-то, особенно со стороны третьей ложи, которая в настоящее время полностью забита имперцами. Это кому же я так насолил в родной стране⁈»

Благодаря словам наставника в начале вечера я был настороже относительно различных недоброжелателей и поэтому еще до того, как свет перестал бить мне в глаза, определил силуэт крайне недовольного мной человека. Сделал я это вовремя, так как спустя несколько мгновений негативные эмоции от недоброжелателя словно отрезало.

«Спохватился, да только поздно», — с удовлетворением подумал я, запоминая смутно знакомого крепкого мужчину в возрасте, который что-то говорил своему соседу — митрополиту Лукию.

«Это кто же у нас такой влиятельный? — подумал я, стараясь не смотреть в ту сторону. — Где я его видел? И почему он все же так на меня смотрел?»

Ответ на мой вопрос появился достаточно быстро, когда на награждение пригласили полномочного представителя императора Полянского Юрия Олеговича.

«Вот где я тебя видел! — вспомнил я неприметного человека, являющегося одним из советников Изяслава. — И почему же ты, дорогой мой, так меня не любишь? Какую я игру тебе поломал? Что помешал сделать? Где лежат корни неприязни? Здесь или в империи? И какую группировку у трона ты представляешь⁈»

Ответов на данные вопросы у меня не было, однако размышления над ними позволили скоротать время до окончания подведения итогов и объявления праздничного бала.

«Нужно, чтобы люди Романа начали работать и по данному субъекту, — принял решение я и мысленно вздохнул: — Что-то много в последнее время каких-то недоброжелателей. На всех так людей и не хватит».