— Неплохая точность, — заметил он, снаряжая барабан.
— Влево пули уходят. Примерно сантиметра на три, — поделился я своими наблюдениями.
— Учту.
Отец в отличие от меня целился в голову и торс мишени. Еще и Корнею приказал нарисовать на ней точки, чтобы в них пытаться попасть. Унтер справился с последним приказом мастерски — нашел жидкую кашицу и ее использовал в качестве «чернил» — вот что значит армейская смекалка!
После четвертого опустошенного барабана пришлось чистить оружие. А то нагар скопился такой, что могли пойти осечки и что-нибудь еще похуже. Приказчик в лавке меня об этом предупреждал и я не стал отмахиваться от его слов. Пока я чистил взятой с собой ветошью револьвер, Корней убрал расстрелянную мишень и вместо нее поставил новую.
Вернулись в дом мы спустя два часа. Палец ныл от непривычной нагрузки — все-таки спуск у револьвера уж очень тугой. Но в остальном я был доволен. Оценил свою точность, понял, как вести свои тренировки дальше, да и уверенность появилась, что совсем уж не промахнусь при необходимости. На дистанции в десять метров рассеивание было в разы меньше и если бы не усталость в руках, то промахов бы и не было. А так — примерно один из пяти выстрелов уходил в «молоко».
Вечером же меня ждал сюрприз. Настя уговорила отца через маму растопить баню. А когда она помылась, то вместе с Людой пришла ко мне в комнату.
— Роман, я хочу проверить лично, чему ты учишь на этих курсах молодых девиц, — заявила невеста. — Отвернись.
Сестрица лишь смеялась в кулачок, смотря на требовательное лицо Насти. Пришлось подчиниться. И чего я там не видел? После разрешения вновь обернуться, я застал девушку лежащей голенькой на моей кровати животом вниз.
— Приступай, — покровительственно сказала Настя.
— А ты так и будешь здесь сидеть? — покосился я на сестру.
— Конечно, — даже удивилась она. — А как иначе?
— Вуайеристка, — раздосадовано пробурчал я себе под нос.
— Что ты сказал, братец? — переспросила Люда.
— Смотри и учись, будешь потом мужу будущему так делать, — ответил я.
Но пусть ничего кроме массажа я сделать сейчас с Настей не мог, да и руки мои гудели от усталости, все равно было приятно. Еле сдерживал себя, чтобы не похулиганить. Уходила Анастасия с блаженной улыбкой на устах, а сестра смотрела на нее очень задумчиво. Не удивлюсь, если завтра она побежит в мастерскую брать уроки у Пелагеи.
На следующий день первым делом я отправился к отцу Феофану. Митрофан уже запряг тарантас, и все было готово к тому, чтобы мы с батюшкой посетили деревни с разъяснительной беседой. Но то ли я до этого все доступно сумел объяснить «на пальцах», какие обязанности будут у будущих работников, то ли здесь не оказалось своих «Дунек», однако при нашем визите крестьяне встречали нас с удивлением и радостью. И никакого негатива! Даже приходилось специально пояснять, с чего вообще мы решили их навестить. Дополнительно я попросил в каждой деревне найти в помощь ученицам «наглядное пособие» из вдов вроде Агафьи. Все-таки дворянки и купчихи, которые будут посещать салон, дамы не молодые. Пускай девушки заранее к этому привыкают. Заодно основные болезненные области узнают. У парней с этим проще — мужики вообще не столь привередливы и сомневаюсь, что купец или аристократ будет жаловаться, что его плохо промяли. А если будет, проведу повышение квалификации среди работников.