А вот Москва, наоборот, освобождается от лишних учреждений. В столице остаются Медицинский университет, а также Академии гражданской и военной службы. Не вижу смысла перевозить министерства и прочие ведомства. Нам до долго пришлось отлавливать шайки разбойников, состоящие из бывших москвичей, не смирившихся с потерей кормушки. Ведь многие горожане оказались связаны с криминалом, контрабандой и незаконной уличной торговлей. Плюс хватает различных прощелыг, профессиональных нищих, юродивых и иной сволочи, стремящейся в Златоглавую, будто там мёдом намазано. Полиция и ВВ действуют оперативно, поэтому трудовые лагеря постоянно пополняются новыми патриотами, решившими внести посильный вклад на пользу Родине.

— Однако образование не имеет смысла без изменения всего государственного устройства. Какой смысл в инженере или изобретателе, если у нас нет заводов с мануфактурами? Или когда чиновники занимаются мздоимством, а власть ввела непосильные подати, ещё и, позабыв защитить заводчика. Тогда открытие предприятий теряет смысл, — продолжаю выступление, — Всякое случалось, но сейчас государство установило разумные законы, низкие налог и внимательно следит за соблюдением порядка. Но всегда найдутся воры, решившие набить мошну за чужой счёт. Им не важен урон, наносимый державе, купцам или владельцам мануфактур. Своя шкура для них важнее. Плохо, что таких людей в России немало. Просто многие затаились, испугавшись действий Тайной канцелярии, ревизионной комиссии и полиции. Эти враги страшнее любых разбойников, иногда нападающих на суда или караваны. Ведь они живут среди нас, ходят в церковь, рожают детей, служат в ведомствах или армии. С виду получаются обычные люди, а внутри — предатели.

Оглядываю уже нахмурившиеся лица, всё так же жадно ловящие каждое моё слово.

— Несколько раз канцелярия и ревизоры ловили подлецов, сговорившихся с помещиками, закупив для войск испорченное зерно и гнилую ткань. В итоге отравились десятки воинов, а сотни получили хлипкие кафтаны и портки. Вроде ничего необычного, однако, из-за действий пройдох пострадало несколько рот, ослабив нашу армию перед битвой, — вижу, как глаза студентов наливаются негодованием, переходящим в ненависть, — Другой чиновник подговорил нескольких собратьев, включая таможенников и речную охрану. Тати находили купцов-одиночек или спешащих, оттого попробовавших идти вне каравана. Подручные разбойники грабили торговцев, а чиновники сбывали добычу через свои связи. Есть просто мздоимцы, обложившие людей поборами, используя своё положение. Мы их изловили и казнили. Подобное преступление заслуживает только такого наказания. Вроде всё хорошо и справедливость восторжествовала? Оказалось, что не так просто.