Кстати, черкесы неплохо помогли нам во время прошлогодней атаки на Крым. Татар горцы ненавидят, вспоминая годы владычества Гераев и необходимостью платить им дань. Поэтому после разгрома Косаговым крымско-османский войск, мы воспользовались помощью кабардинских князей, переправив их дружины на полуостров через Керченский пролив. Пока русская армия блокировала Кафу, наши временные союзники с радостью разоряли окрестности, продвинувшись вплоть до Ак-Мечети, в моей реальности, переименованной в Симферополь.
Представляю, как скрипел зубами Саадет Герай, неспособный прислать полноценную помощь разоряемым кочевьям и поселениям. Ведь его основные силы стояли на перешейке, опасаясь прорыва полков Морткина. В итоге довольные горцы ушли домой с хорошей добычей, включая тысячи рабов, а Косагов отступил от Кафы, куда прибыли подкрепления из Константинополя.
Главное — продолжал осуществляться мой план воевать чужими руками, сохраняя собственных солдат. Во время этой операции мы нанесли немалый урон не только татарам, но и османскому флоту. Командование магометан не могло разобраться, куда идти в первую очередь, рассредоточив силы. Чем сразу воспользовался Морозини, атаковав эскадру магометан, пришедшую на подмогу в Кафу. Под Керчью капитан тоже отличился, вместе с казаками он разбил вторую группировку осман.
Думаю, пора давать Джан Паоло чин адмирала. Пусть только доведёт до ума многолетнюю операцию, стоившую казне огромных денег.
Я не просто так с комфортом засел на одной из возвышенностей, откуда хорошо видно Очаков и, с трудом различимую крепость Кил-бурун, она же Кинбурн, расположившуюся на противоположном берегу Днепровского лимана. Русская армия, заманивая неприятеля, форсировала Южный Буг, построив укрепления на северной оконечности Березинского лимана. С юга мы блокировали Ачи-кале, который после взятия я переименую в Очаков. Такая же участь ждёт Кафу и другие города. Для этого надо только разбить огромную армию, находящуюся в трёх дня пути от нашего лагеря. Эх, мечты!
А ещё есть магометанский флот, недавно пришедший из Константинополя. В его задачи входит не только подвоз подкрепления, но и уничтожение нашей переправы через Днепр. Конница противника два раза пыталась атаковать понтоны, но сначала попала в засаду, а затем её попросту уничтожили на подходе.
Умывшись кровью и потеряв более двух тысяч воинов, великий визирь Сюрмели Али-паша, продолжал беспокоить наши позиции постоянными наскоками кавалерии кочевников. Небольшие стычки происходили ежедневно севернее русского лагеря. Степняки пытались даже форсировать Южный Буг, дабы ударить по нашим резервам и обозу, расположившимся на левом берегу реки. Но беспокойных басурман ждал сюрприз в лице целой флотилии стругов и мобильной артиллерии, перетопившей их как котят.