Привилегированное сословие как раз недовольно лишением их права наказывать и судить собственных крестьян или считать себя высшей кастой. Дворянство сохранило свои вольности и первоочередную возможность на получение любой государственной должности. А в офицерском корпусе, включая полицию, неродовитых можно пересчитать по пальцам.
Однако знати пришлось соблюдать, установленные мной правила. Раньше даже строгость российских законов не останавливала мздоимцев и самодуров. Сейчас человек пять раз оглянется и десять раз подумает, прежде чем идти на нарушение закона. О тяжёлых преступлениях лучше не говорить. С этой категорией нарушителей вообще не церемонятся. Семьи воров тоже попадают под пресс правосудия, лишаясь имущества и права, занимать многие должности. Знаете ли, такой подход неслабо отрезвляет даже самых неадекватных. Я не могу лишить князя титула, зато в состоянии обеспечить опалу и забвение его роду. Для большинства аристократов такая ситуация хуже смерти.
Естественно, реальность не такая благостная, как мне хотелось. Скажу одно: кропотливая работа продолжается. Ведь мало издать указ и начать реформы, важнее их проконтролировать. Среди моих главных достижений, наряду с военным успехами и развитие экономики, можно назвать унификацию страны. Сейчас нет деления на Москву или Нижний Новгород, к которым приковано внимание всех властных структур, включая спецслужбы. Все губернии живут по одним правилам, а мои ревизоры и фискалы успешно выявляют казнокрадов или иных преступников в любом уголке России.
Четыре года назад ребята Щукина вскрыли нарыв в Иркутском губернаторстве. Набор правонарушений стандартный: взятки, казнокрадство, поборы с купцов, насилия над туземцами и даже крышевание разбоя. К тому же обнаглевший губернатор Семён Полтев попытался сунуть свои потные ручки в Нерчинское серебро. Следствие уже шло более шести месяцев, когда вскрылись новые обстоятельства. Мало кому удаётся сохранить свои тёмные делишки без внимания моих фискалов.
Ревизион-отдел царской канцелярии действует по разным схемам. Когда надо копнуть глубже, дабы вскрыть слишком сильный нарыв, то засылаются казачки, занимающие с виду незначительные должности. Мало кто обращает внимания на писца, помощника приказчика, известного купца или почтового служащего. Вот и сидят людишки на своих местах, собирая информацию. А затем наносится удар.
Дело Полтева прогремело на всю страну. Оно сопоставимо только с коррупционным скандалом в Нижнем Новгороде и двумя заговорами бояр. Но запомнили его надолго. Тогда я особо рассвирепел и приказал казнить всех более или менее замаранных в тёмных делах. Можно простить многое, но убийства купцов и неугодных губернатору людей, никогда. С плеч полетели десятки голов не только в Забайкалье. Досталось и выявленным подельникам в Красноярске, Тобольске и Москве.