Мужчина ударил парня кулаком в живот, отчего тот сильно скрючился, и чуть погодя склонился на одно колено от боли. Выставленная броня из анхе Оливера была легко пробита.

— Аристократы — любители подстраиваться под ситуацию. Большинство из них флюгеры, а не благородные особы — стоит подуть ветру, и они меняют направление. Когда Ричард сверг меня с поста Йонко, это были самые худшие полтора года в моей жизни. В меня никто не верил. Случаи, когда люди теряют всё из-за пробуждения пустого аспекта, обыденны, и счастливых финалов в этих историях почти не бывает.

Но я смог. Перепробовал всё, что можно было. Покупал бесполезные снадобья, из-за чего приходилось работать на мафию и убивать палёными пулями из ларкара, когда из-за руны-проклятия каждый твой выстрел может оказаться последним. Я тренировался, и еще раз тренировался. Выжимал максимум из своего потенциала!.. И знаешь, что было после того, как моё могущество ко мне вернулось?

Мужчина пнул Оливера ногой, и тот, упав, проехал несколько метров по асфальту. Лианна вскрикнула.

— Аристократы начали передо мной извиняться, — Мужчина снова пнул парня. — Но я их не жалел, так же, как они не жалели меня. Когда я был слаб, они называли меня мусором, когда я вновь стал сильным — они меня боготворили. Правда, я им больше не верил. Как бы они ко мне ни подлизывались, я оставался с ними жесток. Мои последние полгода правления в качестве Йонко считаются самыми жестокими и кровавыми за всю историю Ицара.

Старшие школы создают систему соперничества, чтобы выпускники стали как можно сильнее. Эта система превращает жизнь тех, кто находится снизу, в ад. — мужчина поднял Оливера за ворот рубахи и стал бить кулаком. Сопротивления против такого здоровяка парень долго проявлять не смог, уже на втором ударе его руки бессильно опустились.

— Прекратите! Пожалуйста, прекратите! — закричала Лианна со слезами на глазах.

— А-а⁈ Прекратить? А вы бы остановились, если бы я был слабаком, который задел плечом аристократа? — мужчина бросил Оливера, который явно уже находился без сознания. — Аристократы понимают только язык силы. До тех пор, пока они хорошенько не прочувствуют другую сторону, сторону слабых, они будут оставаться гнилыми, и понимать только язык силы.

Мужчина пошёл в сторону Лианны, но очнувшийся Ниен преградил ему путь.

— Нападение на аристократа, ты хоть знаешь, чем это тебе грозит?

— Хочешь напугать меня законами Гидры? Я имею ранг мастер, и если хотите обратиться к закону, то вам придётся сделать «вызов чести». Если вам, конечно, не жалко жизни одного из своих мастеров.