Девушка убрала катану обратно в ножны.

— Так и быть, сегодня ваша концепция судьбы победила. Не хочу ругаться с Сарой, и потому приму ваш расплывчатый ответ. То, о чём вы говорите, называется силой, а не судьбой. Если ты силен, то в праве делать что вздумается, а если слаб, то обречён прогибаться, — Киара развернулась в сторону гор. — Пойдёмте уже куда-нибудь, с пацаном или без — мне без разницы.

Я нервно выдохнул. Совсем недавно я причислял эту хрупкую девушку в слабейший дивизион, а она вон какая — хладнокровно убивает казаков и направляет клинок на своего сэнсэя. Отношения у них явно очень своеобразные.

— Путь будет долгим и сложным, — произнесла Сара, как будто ссор никаких и не было. — Лучше бы сразу потеплее одеться, меньше потратим анхе на обогрев.

Буквально из ниоткуда все четверо достали плащи и зимнюю обувь. Перед ними возникла абсолютно чёрная плоская червоточина и, очевидно, это был антрестазис — невидимое пространство, в которое складывают различное имущество. По размерам антрестазисы бывают разными, но даже самый простой стоит уйму денег, и кроме того, требует постоянной подпитки анхе. Основное применение магических денег, не считая торговлю, это как раз питание работы антрестазиса. Знал я это, потому что интересовался насчёт созвездия Гидры, а оно как раз специализируется на пространственных техниках и, в частности, создании антрестазисов. Последовав примеру остальных, я стал напяливать свои тёплые вещи — от такого лютого холода не спасёт, но это уже хоть что-то.

Со спины, совсем близко, раздался медвежий рёв. Я резко обернулся, и увидел медведя, который неуклюже обнимал Сару.

— Хэд, хватит! — радостно кричала Сара. — Давно же я не доставала тебя из антрестазиса, совсем, наверное, заскучал.

Раздался слабый нежный рёв, напоминающий собачье скуление. Правой руки у Сары больше не было, и, по всей видимости, она пользовалась медвежьей лапой, всё время высунутой из антрестазиса. А я думал, что она из какой-то магической расы…

— Как я рад холодной погоде! — радостно сказал Хэд.

Да. В этом мире медведи могут разговаривать по-человечески. Причём для разговора здесь нужно, так называемое, Право Голоса. Человек без Права может издавать только звуки наподобие животных, а животные, имеющие Право, если им, разумеется, хватает на то интеллекта, могут разговаривать наравне с человеком. В этом мире не существует разнообразия языков в принципе, и язык для всех разумных созданий одинаковый. В этом мире гипотетический англичанин, говоря на английском, поймёт немца, говорящего на немецком, и наоборот. Естественно при условии, что у обоих будет Право, иначе только общение жестами.