— Хорошо.

— Не слабо тебя потрепало… Твоей удивительной регенерации, к сожалению, больше нет. Это было какое-то мастерское заклинание, а не природная способность. Видимо, от такой сильной нагрузки заклинание иссякло.

Я задумался, припоминая всё произошедшее.

— Обычно эта способность вытягивала из меня анхе. Мне показалось, что моя регенерация вообще перестала работать. Обычно я вырубаюсь от истощения при сильных повреждениях, как, например, было с моим пулевым ранением.

— Нет, поверь, это заклинание тебя очень сильно выручило. Возможно, оно было настроено защищать в самый критический момент, а регенерация была всего лишь приятным бонусом. Ну это так, моё предположение. Я довольно хороший медик, но вполне могу ошибаться. Точно есть не хочешь?

— Немного хочу.

Сара мило улыбнулась, слегка обнажив клыки, и пошла к печке, рядом с которой мирно спал Хэд. Палатка у них очень просторная, даже не верится, что нечто подобное можно так легко с собой носить. Это ещё раз подтверждает насколько антрестазис незаменим. В палатке свободно умещались: диван, два кресла, печь, большой обеденный стол, маленький письменный стол, десяток стульев и пять кроватей. Мебель, да и весь интерьер, очень роскошные, не в смысле дорого-богато, а просто очень добротно. В Мейсе «роскошным» называли всё, что выглядело более-менее опрятно и долго не ломалось, а для моих спутников, по всей видимости, такое богатство обыденно… Да они практически дом с собой таскают!… У них здесь даже пол деревянный, и только текстильная крыша напоминает, что это всё-таки палатка.

— Тебя, видимо, только из трубочки и кормить, — сказала Сара, принеся тарелку аппетитно выглядящего и пахнущего супа. — Ладно, разок покормлю тебя с ложечки, а с вечера уже будешь сам. Я позже тебя ещё немного подлечу, и ты сможешь вполне нормально двигаться. Лечить сразу опасно, могут повредиться каналы потока анхе, если они уже не повредились. Лечение в таких случаях проводится постепенно. Не беспокойся, через пару дней будешь как новый. Так, надо приподнять подушку… вот, нормально.

Не помню, чтобы меня когда-нибудь кормили с ложечки, но чувствуешь себя от этого достаточно неловко, в особенности, когда кормит тебя однорукая девушка. Много плохого я слышал про аристократов, но пока они ведут себя вполне человечно и не показывают даже намёка на своё классовое превосходство. Киара, конечно, уже несколько раз пыталась меня убить, но это никак не связано с моим социальным положением. Хотя, возможно, будь я клановым, она разговаривала бы помягче.

— Когда вы собираетесь двигаться в путь дальше? — спросил я, когда стыдливый процесс кормления кончился.