— Я скоро буду пробуждать новый аспект, и думаю, возьму ранг «бронзового ученика».

— А сколько у тебя сейчас процент таланта?

— 53%, но я не буду ждать, пока талант дойдет до пика, и пробужу аспект раньше.

— Это очень опрометчиво с твоей стороны. Вполне можешь нарваться на белый аспект. Белый — это, конечно, тоже хорошо, но с твоими данными надо брать максимум.

— Да, я знаю. Я собираюсь пробуждать звезду Азай, а она скоро будет в активной фазе.

— Ого, располагаешь такими данными. Если астролог, который тебе это сказал, хороший, то пробуждай на активной фазе. Одна твоя одноклассница, кстати, тоже хочет пробуждать Азай, надо будет ей об этом сказать. Может, она подключит своих клановых астрологов, и мы узнаем точную дату, — Рихтер слегка задумался. — Боюсь, и с «бронзовым учеником» в Ицаре сложновато, к концу года большинство учеников здесь возьмёт «серебряного асура». Многим уже хватает качества аспектов на это, но ещё не хватает мудрости. А что ты можешь по умениям?

— Всё, что соответствует рангу «ученик», и немного из того, что соответствует рангу «бронзового ученика»

— Прыжок на три метра?

— Смогу.

— Создание огня?

— Тоже.

— Создание ветра?

— Учусь, но получается пока плохо.

— Что ж, если всё так как ты говоришь, то для ранга «ученик» у тебя отличная подготовка. Даже, вполне возможно, ты нагонишь остальных. Но предупреждаю сразу, через две недели экзамены, и никаких поблажек тебе, как новичку, не будет. Если окажешься в десятке худших, то сразу вылетишь.

Почти во всех старших школах Гидры практиковали систему конкуренции. Например, в Ицаре на первый год обучения было пять классов по двадцать пять учеников, а на второй год оставалось лишь четыре — выгоняли десять учеников за первые полгода, и ещё пятнадцать за вторые. Ян рассчитывал, что я возьму Азай к экзаменам, но, в любом случае, мне будет нелегко.

— Хорошо, я вас услышал. Учитель, можно вас о небольшой просьбе?

— Что ты хочешь?

— Не говорите, пожалуйста, классу про мой процент таланта и запас анхе. Я хочу чтобы эта информация была конфиденциальной.

— Странное желание, если все будут знать про твой потенциал, то ни у кого не будет вопросов почему тебя взяли в Ицар. Слабым здесь приходиться не легко, как собственно и во всём остальном мире.

— И всё-таки я не хочу разглашать лишний раз информацию о себе, на сколько я знаю в Ицаре у меня есть такое право.

— Да, всё верно. Надеюсь ты знаешь и другие школьные правила.

Уже прозвенел звонок, когда Рихтер представил меня классу. Мне самому говорить не пришлось, я лишь поклонился и поздоровался. Одно лицо в классе было уже знакомым — это та самая соседка по лестничной клетке, с которой мы вчера немного повздорили. Она ни одним движением не показала, что со мной знакома, и я решил ответить тем же, переключив взгляд на оставшийся класс. Мальчиков и девочек примерно поровну, рас кроме человеческой не было, но у одной девушки виднелись синие пятна на руках и лице — вряд ли другая раса, но от обычного человека она явно отличалась. Вид у всех был гордый и благородный, все опрятно одеты в школьную форму. Волосы у многих были ярких цветов, и это явно не краска, а признак большой магии в крови.