Домой я прилетел невероятно измотанным. Ещё и оказалось, что такси рядом с Ицаром не имеет права летать, из-за чего пришлось немного прогуляться пешком. Каждое движение давалось с большим трудом, утренние ушибы мне подлечили в медпункте, но также сказывалась сильная нагрузка от использования магии. Ян предупреждал не использовать технику «астрального духа», пока не восстановлю перебитые каналы анхе, так что моё состояние было платой за пренебрежение словами учителя. Держать «астрального духа» я мог всего полминуты, и если ненароком замешкаюсь, то легко могу подохнуть.

Я вошёл в свою комнату, не разуваясь. Посмотрел на свою светловолосую красавицу гитару — настроение чуть-чуть поднялось. Нет, я не продам её, даже когда будет очень худо. Возможно, я не стал бы покупать её вчера, если бы знал, что отдам клану полтора ляма, но продавать её сейчас — это уже предательство.

Рука зажала нужные аккорды, и я выдал что-то слегка веселое. Наобум стал говорить слова и их рифмовать. Всё это, наверно, очень глупо звучало, но меня веселило.

И вдруг я понял, что забыл пополнить заклинание — барьер от шума… Звонок в дверь был подтверждением этому. Открывать не хотелось. И разум, и сенсорика подсказывали, что за дверью моя соседка. Она позвонила ещё раз, и я всё-таки открыл.

— Ты что, считаешь своим долгом поиграть на гитаре ночью? — девушка не кричала и говорила довольно сонно, — Придурок, я же сказала тебе пополнять энергией Хё моё заклинание, и ты забыл об этом в первый же день? Ты что, решил надо мной поиздеваться? Эй, Майто, что-то ты слишком низко мне кланяешься…

* * *

Дилара была очень зла на своего нового соседа. Во-первых, он уже второй раз будит девушку посреди ночи, а во-вторых, он сильно её испугал степенью своего истощения.

— Цугивара, доброй ночи. Извини, что беспокою так поздно, у меня к тебе один срочный вопрос.

Голос по другую сторону телефона был очень тревожным.

— Госпожа, здравствуйте! Что у вас случилось?

— Мой знакомый получил огромное истощение, и, когда я влила в него весь свой запас, то бишь тысячу анхе, все первичные признаки: сильная бледность и «иссушающее касание», полностью пропали. Его состояние полностью стабилизировалось, хотя такого не должно было быть. Этот знакомый имеет всего лишь ранг «ученик» и запас анхе в четыреста пятьдесят единиц. По моим прикидкам, он должен был попасть в кому на месяц… Скажите, учитель, как такое возможно?

— Истощение в тысячу? Такое грозит не комой, а смертью, не то что «ученику», а даже «серебряному асуру».

— Вот и я о том же!