С Терминала мы уехали на трофейной рейдерской машине, которую оставляли на техобслуживание в прошлый раз. Аннушке она не нравится. Бухтит, что подвески дубовые, сиденья продавленные, отовсюду дует, всё дребезжит, шумоизоляции ноль… На мой взгляд, в точности как на «Чёрте», но я, конечно, молчу. О покойниках плохо не говорят. Вот соберут ей грёмлёнг нового, тогда посмотрим.

На пафосной подъездной дорожке к замку Андрея этот агрегат фоллаут-стайл смотрится ещё более дико, но невозмутимый Бэрримор в полупоклоне протягивает руку за ключами, чтобы отогнать машину на парковку.

— Нет там ключей, — отмахивается девушка, — тумблер и кнопка. Кто будет угонять тачку у рейдеров?

— Кроме нас, ты имеешь в виду? — уточнил я.

— Да, мы даже тут отличились. Пошли, разорим бар этого маркиза, не зря же приехали.

Андрей по-прежнему издевательски элегантен, и провожает наш мусорный автомобиль скептическим взглядом.

— И куда ты дела свой раритет? — осведомился он у Аннушки. — Он тоже был ужасен, но хотя бы содержал в себе историю. Если продала, то продешевила, я дал бы больше. Давно берегу под него место в коллекции.

— Не дождёшься, — улыбнулась она, — просто небольшой ремонт.

— Небольшой?

— Косметический. Говорить не о чём. Нальёшь нам выпить уже? Впрочем, я видела у тебя в гараже пару любопытных…

— Не продаётся! — возмущённо прервал её Андрей. — Коллекция — это святое! Она должна пополняться, а не растранжириваться!

— Ой, ну ладно, не сильно-то и хотелось. Но лично мне коллекционирование виски не мешает его с удовольствием пить. Так что пусть твой дворецкий тащит бутылку, лёд и стаканы.

Когда мы расселись в «малом гостевом зале», Аннушка погремела льдом в стакане, пригубила и довольно сказала:

— Неплохо. Особенно лёд удался.

— Это хороший виски, — слегка обиделся Андрей.

— Да я не спорю. Просто мой стиль употребления виски обычно не предполагает наличия льда.

— Твой стиль это что? Мародёрка в заброшках? Из горла пыльной бутылки под просроченные консервы?

— Ты слишком вошёл в роль аристократа, — засмеялась она. — Скоро начнёшь мизинчик оттопыривать. Ладно, хватит подначек, я по делу. Наша рыжая кайлиточка ещё тут?

— Геманта продолжает оставаться гостьей нашей семьи.

— То есть спит с твоим сыном в тройничке с эмосимбом. Говорят, это нечто особенное.

— Они взрослые люди. Я не заглядываю к ним в кровать.

— Да лишь бы на здоровье. В общем, я, как и обещала, нашла место для кайлитов. Там их никто не достанет, могут плодиться, пока не надоест.

— Это хорошая новость, — кивнул Андрей. — Вести из Эрзала тревожные.