Таким образом, версия о том, что сработала защита амулетов, девочке показалась маловероятной. Книга знала, кого как наказать, и наличие в жилах крови Первого Императора имело далеко не главенствующее значение.

Были и еще некоторые наблюдения. Например, эта процедура вычеркивания. Ее может провести лишь хранитель. Значит, несмотря ни на что, у книги есть несколько уровней доступа. И хранитель может делать то, что не подвластно Императору или его наследнику. Кисть хранится в Башне Магов, а это гарантирует, что без участия верховного мага Империи никого не вычеркнут. А вот без участия Императора — это запросто. То, что это будет незаконно — уже другое дело. Хотя разные ситуации бывают.

«Значит, — зацепилась она за эту мысль, — нас сюда верховный маг провожал и очень может быть, что он кое-что о хранителях побольше Ноэля знает».

Право внесения изменений было не единственной прерогативой хранителя. Вычеркнутые имена становились невидимыми для всех, кроме Майи. Такой вывод она сделала исходя из слов верховного мага и Императора об опустевших страницах. А значит, утверждение Ноэля о том, что первый хранитель был вычеркнут из книги за совершенное преступление, неверно, ведь пусть и иначе, ей были видны все имена. Но Майю и раньше это объяснение не устраивало.

Все эти мысли и некоторые другие бродили у нее в голове на протяжении тех часов, что длилась казнь. Поэтому, когда прах последнего из принцев осел на помост и Император удалился, Майя так и осталась сидеть, не представляя, как подняться на ноги, коих она и вовсе не чувствовала.

Вслед за Императором вышли и четверо из шести членов этого совета. А оставшихся двоих Майя опознала как глав родов «сон». Тот, что был в черно-золотом, имел просто поразительное сходство с Ноэлем. Другой мужчина в бело-золотых одеждах, их проводник, давший Майе кисточку, хранимую в Башне Магов, и на равных участвовавший в этом мероприятии с сон Локкрестом, мог быть только верховный маг Империи — Вильям сон Локклест.

— Почему был такой странный приговор? — спросил Ноэль, когда кроме них четверых в зале никого не осталось. — Книга — не орудие палача!

Отчаянно думая, как выпутаться из этой ситуации, Майя глянула на край помоста, до которого было метра полтора. Пока на нее никто не обращал внимания, прихватила книгу и осторожно подползла к краю, очень аккуратно, чтобы балахон полностью закрывал необычную обувку, свесила вниз ноги.

— Ну, мы решили, что смерть принцев в результате испытания на должность хранителя никого не удивит, — ответил маг, внимательно разглядывая склонившуюся над книгой Майю. — К тому же кое-кто сомневался в подлинности книги до сего момента.