— И причём здесь эта группа людей? По возрасту из них максимум половина из твоего параллельного класса, — проворчал я.

— Они — плохие люди.

— Да и я — злодей. И что?

— Нет, они реально плохие! Просто у их компашки влиятельные родители.

— Сильно?

— Для магов не очень, но я знаю девушку, которую они… и-и… обесчестили. Так что ты с ними очень мягко.

— Я — талантливый маг. Я ограничен в том, что могу делать, — проворчал я.

— Други тоже. Папа там надавил, но им дали только условку в связи с примирением сторон.

— … — я решил промолчать. Хотел бы я творить справедливость? Да, вот только это противоречит правилам распределения силы. С другой стороны в рамках самообороны я мог и просто убить этих людей. Но зачем? Я даже не знаю, кто я такой, чтобы их судить. — Они сделали это с твоей подругой?

— Нет, девчонкой из класса старше.Из их собственной компании . Она выпустилась из школы на тот момент. Я даже не знаю, как нам повезло, что они здесь оказались. Й-их, я так мечтала вытрясти из них всю дурь, но для други это под запретом. А знаешь почему?

— Нет, но, наверно, это Воля Мира?

— Да. Хм, мне запрещено дальше объяснять? — неожиданно произнесла Агата явно не мне.

— Больше не натравливай меня ни на кого. Я тихий и мирный маг, моё дело — монстры, — соврал я.

— Хорошо. Извини.

— В кино?

— Ага.

Далее воскресенье превратилось для меня в нахождение артефактов. Похоже, что Агата — магнит для них.

Если идём к автомату с манипулятором для вытаскивания игрушек, то в нём куча светящихся предметов.

Топаем выбирать ей одежду и в частности нижнее бельё, находит по-настоящему волшебное. Пусть и не всегда на неё. Но какая мне разница?

Пошли в ресторан, в итоге выкупил нож, вилку и салфетницу.

Вот с аттракционами было сложно, внутри допустимого для меня радиуса было их всего три типа: качели на детских площадках, небольшой паровозик в одном из торговых центров и аквапарк. Последний не работал, Агату можно катать только на крыше детского «скоростного состава», так что выбор был за качелями.

Однако их размеры не внушали доверия, так что я кое-как заполз на перекладину высокого турника и закрепил там канат.

Потом достал доску и топор, после чего выдолбил на прямоугольнике два «паза». Подошёл к Агате и приложил к месту, на котором она должна в теории сидеть.

— Ну, без шубы покатаешься, — заявил я. — Вон солнышко даже ради этого показалось.

— Как-то ты это делаешь не очень радостно, — пробубнила други.

— Мне достать помпоны и танцевать, пока качаешься? Не буду. Могу на ложках музыкальное сопровождение организовать, но местные жители сочтут дятлом и что-то да бросят.