— Седогривый, — окликнул я мужчину.

— М? — тот не замедлил шага, но всё же глянул на меня вполоборота.

— Как думаешь, может Крачун лесу навредить?

— Только если повод дашь, — небрежно бросил волколак, отвернулся и ускорил шаг.

Я ещё немного посидел на корне, задумчиво глядя вслед гостю, после чего поднялся на ноги. Повинуясь моей воле, корни тут же зарылись сначала в снег, а потом ушли и обратно под землю. Нечего им долго на морозе торчать.

Дверь дома-дерева открылась, и из-за неё показалась Забава. Выглядела она смурной и погружённой в свои мысли. Прямо как и я сам. Вот только причины у наших схожих состояний были разные. О своих мыслях я знал, а вот что терзало лешачиху ещё предстояло выяснить. Для начала я предположил наиболее очевидный расклад:

— Ягишна обидела?

— Что? — Забава подняла на меня глаза и часто заморгала. Девушка настолько задумалась, что попросту не замечала ничего и никого вокруг. — А, нет, — она улыбнулась и тряхнула головой, отчего волосы рассыпались по плечам тёплыми волнами зрелой пшеницы. — Просто в ушах что-то гудит, а что — не пойму.

Ощущение для меня было знакомым.

— На что похож звук? — я приблизился к лешачихе.

— Как будто пчела, — она нахмурила лоб. — Хотя нет, скорее шмель!

— Это «бз-з-з» неспроста, — многозначительно поднял я указательный палец. — Тебя зовут.

— Куда? — непонимающе захлопала она длиннющими ресницами.

Я пожал плечами.

— Тебе лучше знать. Скорее всего, на окраину Валдайского леса.

— А кто зовёт? — продолжала допытываться Забава, старательно хмуря лоб и пытаясь одновременно слушать и зов, и меня. Получалось у нее, судя по выражению лица, так себе. Но это пока. Опыт — дело наживное.

— Думаю, что люди. — Теперь уже и мне слышалась песнь Валдайского леса, в которую вплетался не слишком назойливый гул. — Понадобилось им что-то в твоём лесу, вот и кличут его хозяйку.

— Поняла, — с готовностью кивнула лешачиха и уставилась на меня. — А делать-то что?

— Пойдём, поглядим, — я взял девушку за руку и шагнул вместе с ней через оба леса сразу.

Вышли мы специально чуть в стороне от источника зова. Я сразу услышал, как тревожно переговариваются люди. Забава тоже обладала обострённым чутьём, так что первой пошла на звук и потянула меня за собой. Но я выпустил её ладонь. Остановившись, лешачиха недоумённо уставилась на меня.

— Давай сама, — ободряюще улыбнулся я. — У тебя получится.

Забава хотела поспорить, но потом согласно кивнула и пошла к людям. Бойкая девица — побыстрее меня освоится. Но проследить всё равно надобно. Обратившись небольшой птичкой поползнем, я полетел следом и, обогнав бывшую царевну, уселся на ближайшую к просящим ветку молодой берёзки.