— Может привести к уничтожению моей души. Буквально.

— Верно, рыцарь крови. Но времени мало. Я не всесилен. Дал им наконец слово твоему молчаливому напарнику.

Дим выходит впредь и задумчиво гладит подбородок.

— Брат, помнишь то слово, которое упоминали Даргул и его разы? Алар?

— Как такое забыть? Я думал, что так они зовут хозяев Таната. Так ведь?

— И да, и нет.

— Поясни.

— Так они называли силу, которая не имеет материального воплощения. Явление. Хорошо, что могу словами описать. Образом сложнее.

— То есть? Какую силу ты имеешь ввиду, Дим?

— Дьявола, — просто отвечает напарник.

Так, история всё интереснее. Мало мне запертых, подобно демонам в Аду, душ псиоников, у нас ещё и местный сатана нарисовался. Вот чего мне так везёт?

— А он тут есть, местный дьявол?

— Не знаю, — чешет себя когтем по виску Дим, — но сейчас я не могу не только убрать боль, но и показать последнее своё воспоминание. Алар — термин из моего мира.

— Так. Подробнее, — сразу говорю я.

— Те монахи, братья ордена Тишины, так они называли одного демона, изгнанного с земли в преисподнюю. А теперь ты понимаешь, откуда Даргул его знает?

— Твою печенку, Танат. Вы земляки.

— Хуже, Нико. Я многое вспомнил, пока ты был в отключке. Того учителя послушники называли… Они называли его наставник Даргул. Понимаешь?

— Чтоб меня… Почему у меня ощущение, что это не все новости.

— Не все, — вздыхает монстр, стоящий передо мной. Слова явно даются ему тяжело. — Я вспомнил свою последнюю цель. Из прошлого, до помещения меня в хранилище. Она стояла на коленях, подставив шею под клинки.

— Добивай, Дим. Не томи.

— Она сказала нам, мне и моему тогдашнему носителю, что всё понимает. Потому она, во имя великой цели, отдаёт свою жизнь. Нико, она… Она назвала нас…

— Как? — мне передались его эмоции. Разум димортула шокирован и растерян. Его образ становится прозрачным. Видимо слияние, устроенное Дроком, подходит к концу. Сам гоблин уже пропал.

— Танат, она назвала нас наставником Даргулом. Брат, ты понимаешь, что это значит?

Понимаю, напарник, понимаю. И у нас обоих общая реакция на эту новость.

— Ипутся кандибобрики! — говорим мы хором.

Потом я оказываюсь один под куполом. Ощущаю Дима так, как прежде. О, и боль в спине сразу прошла. Жаль, что другие наши проблемы так просто не решить.

* * *

Больше нам тут делать было нечего. Глянув ещё раз на светящиюся хрустальную сферу, она же точка фокуса и врата, я развернулся и пошёл вниз, к одноместному кильму, что поднял меня сюда. Перепонки меж рёбер купола закрылись без команды. Не такого результата ожидал, когда поднимался сюда.